Съехав по покатому лбу, я зацепился за бивень. Взгляд обратился на переднюю часть черепа и челюсть. За пустыми глазницами скрывались огни некротического сияния. Даже отсюда я ощущал всю мощь, что превращала многотонный скелет в настоящую машину смерти.

«Толщина черепа сумасшедшая, — подумал я. — Да и места там мне хватит».

Дело оставалось за малым. Оттолкнувшись от бивня, на котором стоял, я уцепился руками за челюсть. Тут же я ощутил на себе внимание некротического существа, если таковое вообще имелось.

Долю секунды некротическое подобие разума видимо оценивало меня. Наконец я был признан как свой. Монстр лишь дёрнул головой, не понимая, какого чёрта мелкому собрату здесь надо. Не добившись успеха, он просто перестал обращать на меня внимание.

Строение черепа я уже знал благодаря процессу потрошения убитого левиафана. Подтянувшись, я залез через отверстие в нижней челюсти. Чтобы добраться до черепной полости, защищенной от внешнего мира самой толстой костью, оставалось пробить тонкую костяную перегородку.

— Сейчас комарик укусит, — произнёс я.

Выхватив «Коготь», я нанёс рубящий удар, рассекая сочленение костей. Уперевшись спиной в челюсть, ударом ноги я выбил перегородку. Тут же взгляду открылось внутреннее пространство черепа. Всё оно было заполнено потоками некротической энергии, составляющей суть нежити.

Моё вмешательство левиафану не понравилось. Тот замотал головой, явно пытаясь меня выбросить. Не обращая внимания, я наконец залез в череп. Тут же меня окутала энергия смерти. Даже сквозь окутывающий тело холод я почувствовал, как организм втягивает её.

«ИИшка, — обратился я. — Сколько времени до…»

Слепящий свет ударил извне через глазницы. В первый момент я подумал, что рядом сработало ядерное оружие. Однако грохот взрыва так и не произошёл. Вместо этого яркость свечения лишь усилилась, а в уши ударил вой раскалённого воздуха.

Толстая кость черепа, в котором я спрятался, защитила от прямого излучения, но не от фоновой волны. Через глазницы начала поступать обжигающая энергия. На моих глазах она принялась расплавлять некротическое нутро мамонта и вскоре обещала дойти до меня.

«Они применили какую-то энергетическую бомбу», — подумал я.

Ослепительная энергия в один миг начала выжигать некротическое нутро левиафана. Последствия этого не заставили себя ждать. Я ощутил, как по скелету прошла дрожь, после чего пришло ощущение невесомости.

От удара всё содрогнулось, а меня ударило о стенку черепа. Воздух накалился настолько, что пришло ощущение будто я находился в духовке. Вместе с тем сознание оставалось мертвенно спокойным. Даже физическая боль ощущалась лишь как информация о повреждении, не нанося никаких неудобств.