— Да так… — неопределенно махнул я рукой. Честно говоря, я сам не понимал, почему у меня так испортилось настроение — у меня было ощущение, что случилось что-то плохое, непоправимое. Но объяснять это все Мину я не собирался.

— Да брось! Так классно получилось!

— Э-э-э… Ты это о чем? — осторожно спросил я.

— Давно мечтал попутешествовать, повидать мир, да столько всего интересного твориться вокруг! А то у нас скукотища страшная. Обстановка в стране спокойная, ничего не происходит.

— Понятно. Значит, тебе повезло — мы неизвестно где — как раз там, где ты и хотел оказаться, я уверен — ехидно заявил я. Настроение потихоньку улучшалось — тягостное ощущение отпустило меня.

— Ты прав — улыбнулся монах. — Ну что, пошли искать людей — а то я кушать уже хочу.

— А где они? Как ты узнаешь, в какую сторону надо идти?

— Да легко. Главное, выбрать какое-нибудь хорошее направление, и идти, никуда не сворачивая — так и набредем куда-нибудь — легкомысленно заявил Мин, оглядываясь вокруг.

Мне не очень понравилось такое заявление, но возразить было нечего — мы действительно не знали куда идти. Я лихорадочно начал припоминать все, что я знаю про заблудившихся в лесу. Выходило, что ничего.

— А, подожди! Кажется, мох всегда растет на северной стороне деревьев… — начал припоминать я простейшие правила ориентирования в лесу, давным-давно благополучно забытые мною в глубоком детстве.

Монах только хмыкнул на мое заявление:

— А что на севере? А хотя… север тоже направление. Пошли туда.

Я только растерянно покрутил головой, глядя на такую странную логику. И… мы пошли на север — а что? Как сказал мой приятель — север — тоже направление.

Мин весело шагал, что-то тихонько напевая себе под нос, и мне постепенно передался его настрой. Вокруг красивые места — огромные развесистые деревья, травка, цветы какие-то желтенькие попадаются, птицы, почти не опасаясь нас, щебечут, даже журчит крохотный лесной ручеек. Вон вдалеке промелькнул маленький рыжий хвостик на дереве — это прошмыгнула белка. Вот раздается прерывчастый стук — дятел усердно трудится, добывая себе каких-то букашек на пропитание. На дереве, распустив хвост и растопырив хохолок, вовсю чирикает какая-то небольшая зеленовато-красноватая птичка — видно, пытается приманить самку. Сама природа, казалось, навевает покой, и умиротворение. Ушли куда-то все плохие мысли. Жизнь снова стала казаться удивительной и прекрасной.

И вдруг это беззаботное настроение куда-то ушло, не прощаясь. Перестал напевать Мин, прислушиваясь к чему-то далекому. Лес, еще недавно наполненный негромкой, но буйной жизнью, затих, как будто чего-то опасался. Пройдя еще метров пятьсот, они услышали странный звук — звук удара, и тут же хруст. Так повторилось еще раз, и еще… Мин вытащил меч, жестом приказав мне тоже приготовиться, и неслышно осторожным шагом двинулся вперед. Я постарался ступать так же тихо, про себя подумав — «а ведь мы могли просто пройти мимо». Но я не остановил монаха — мне тоже хотелось чего-то необычного. Размеренная и спокойная жизнь мне приелась еще в нашем мире. Уже привычно создал заготовку «паралича» в одной руке, и «черную молнию» во второй. Вытаскивать свой меч было глупо — им я владел гораздо хуже, чем Мин. А вот поддержка мага (даже такого недоучки как я) была полезнее — хотя Мин тоже немного начал учиться магии, но пока что у него обстояло туго с практикой. И на сотворение даже самого слабого боевого заклинания (такого, что может принести хотя бы небольшой гипотетический урон) он тратил времени столько, что его можно было зарезать раз десять. По крайней мере, так считал учитель Вика по боевой магии — брат Мохад.