Сама намотка шла волнами. Двое наваливаются на жердь и доводят ее до низа, потом переставляют в следующее отверстие, и пока они перехватываются, натяжение держит собачка. Распорки при каждом рывке негромко потрескивали, и я мысленно отметил, что обе рамы стоит связать поверху поперечным бревном, запас прочности в таком деле лишним не бывает.

И мы бы так крутили хоть до следующего утра, вот только в какой-то момент натяжение прослабло. Барабан провернулся легче обычного, нить на пару мгновений провисла, и тут же все вернулось. Объяснение тут одно, мы выдернули волосянку из дна. На болоте такому событию полагалось бы радоваться, выдернули, значит улов наш, наматывай до конца и забирай всю тушку. Здесь расклад другой, эту красавицу мы планируем доить, и вредить ей лишний раз незачем. Сидит корешками в грунте, вот пусть и сидит.

— Ждем! — остановил я Вельта и работяг.

— Так только пошло же хорошо! — возмутился охотник, или теперь уже скорее рыболов. — Давай крутить, еще больше вытащим!

— Вытащим, конечно, но в следующий раз, — помотал я головой. — Пусть хоть укоренится нормально. И надо бы с другой стороны такую же удочку поставить.

По уму стоило бы обрезать всё, что имеется, и начать заново, но столько нити мне сейчас не надо, а отпускать волосянку обратно не охота. Любопытно другое, сама тварь с места не сдвинулась, а наматывали мы при этом всё больше, и возможно, эти волоски как-то вытягиваются. Вдруг у нее всё устроено как у паука и тянуть можно хоть километрами? Кто знает, на уроки биологии Рей не ходил, и в сути этих волосков пока больше вопросов, чем ответов. Главное, что они отрастают, и осталось выяснить, с какой скоростью.

В целом все согласились и крутить перестали. Храповик уперся зубцом, нить замерла, и волосянка время от времени дергала копну своих волос, проверяла на прочность, но барабан не отдал ни витка.

— Эту удочку вы собирали своими руками, так что ставьте такую же напротив, зеркально. — подозвал Уля с Ректом и указал на противоположный берег пруда, — Ямы той же глубины, заливка та же, и веревку с потрохами не забудьте.

— А крутить когда будем? — деловито уточнил Уль.

— Как только Дагна выкует второй храповик, — глянул я на солнце, которое уже постепенно уходило за лес. — А рама и без зубцов постоит, дождется.

Парни переглянулись и пошли за лопатами, а Вельт проводил их таким взглядом, что стало понятно, у второй удочки уже появился первый рыбак.

Пока парни размечали на том берегу место под вторую раму, я вернулся к барабану. Копна на нем разрослась настолько, что пора было переводить добычу в рабочий вид, и я аккуратно срезал часть с краю, чтобы не путаться в живых волосках. Обрезанные концы тут же утянуло под воду, волосянка свое без боя не отдает, зато наша доля осталась на барабане, и спорить за нее больше никто не собирался. Остальная копна по-прежнему тянулась к пруду, храповик держал ее без моего участия.