Нам нужен сам гнилоход, причем живой и желательно здоровый.

Поймать эту сволочь, можно даже не вытаскивать из бревна, притащить целиком в деревню и посадить в выгребную яму. На словах звучит проще, чем на деле, но идея-то рабочая, если так посмотреть.

Гнилоход не самая опасная тварь в лесу, он портит все вокруг, однако живое сожрать скорее всего не способен, разлагает только мертвую органику. Тем более на нас напала крупная особь, а мы будем искать кого помельче. Мужик на стене рассказывал, что видел в глубоком лесу мелкого, раз в десять поменьше нашего, так что и я смогу отыскать.

И ведь так даже удобнее, чем руны расставлять. Будет жить домашняя зверушка в яме, кормить ее исключительно отходами, она еще радоваться должна такой кормушке. А дальше дело техники, переселяем из колодца в колодец, компост получаем в разы быстрее, и селитру не за годы ожидания, а за месяц, а то и за неделю. В общем, нужен гнилоход, и нужен срочно.

— А я говорил, что он к гнилушкам полезет, — раздался голос за спиной.

Обернулся и увидел, что все пятеро стражников торчат из-за двери и наблюдают за моими действиями. Судя по расположению голов, один над другим, они там выстроились лесенкой и подглядывали уже давно.

— Ладно, с меня медяк, — вздохнул второй и полез за пояс. — Рей, ну зачем тебе эти гнилушки? Почему не к лосиным рогам сначала пошел?

— Они всем нужны, зря вы так, — махнул на них рукой, пожалуй уже в десятый раз за сегодня. — Идите охраняйте лучше, а то мне уже страшно представить, сколько все это добро может стоить.

И правда, я не рассмотрел и процента от того, что тут сложено. Пошел исправлять упущение, пара часов до остывания кирпича у меня еще есть.

Всё, здравствуйте рога. И стражник в чем-то прав, я о них не перестаю думать с тех пор, как первый лось приопустил башку и жахнул по башне зеленой молнией. Подошел к горке, выбрал средний по размеру экземпляр и осмотрел повнимательнее.

Сантиметров пятьдесят в длину, с одной куцей недоразвитой лопатой и тремя короткими отростками, молодой лось, года три, не больше. Костяная поверхность гладкая и на удивление тяжелая, плотнее зубрового рога. Цвет основной массы серовато-бурый, но по всей длине тянутся тонкие ломаные зеленоватые прожилки. Они расходятся от основания к кончикам, ветвятся и на свету чуть заметно мерцают, будто внутри теплится остаточный заряд.

А по бокам виднелись расслоения необычной формы. Трещинки шли не прямо, а резкими зигзагами, меняя направление на каждом сантиметре. Рисунок до странности напоминает ветвящуюся молнию, и совпадение это вряд ли случайное.