Да уж, минуту назад я считал себя богачом, а теперь снова оказался ближе к донышку. Хотел уже развернуться и уйти, посчитать, прикинуть, может подкопить пару недель, но плотник, видимо почувствовав, что клиент уплывает, исчез в сарае и через полминуты выкатил оттуда тачку.

И тачка эта заставила меня остановиться на полушаге. Одноколёсная, на крепких ножках, с глубоким деревянным кузовом и двумя длинными ручками. Колесо окольцовано железной полосой, втулка смазана и крутится без скрипа. Ручки обмотаны полосками кожи для удобства хвата, а кузов изнутри гладко выстроган и пропитан чем-то, от чего дерево потемнело и стало матовым. Вещь добротная, сделанная с пониманием дела и явно не для красоты, каждая деталь подогнана к другой так плотно, что щелей не видно даже вблизи.

Три серебряка за такую работу вполне справедливая цена, и в прошлой жизни я бы не торговался. Но в этой жизни у меня два серебряка и голова, которая умеет считать не только деньги.

— А что, если я предложу обмен? — повернулся к плотнику.

— Ой, чего тебе менять-то? — заржал тот подмастерье, который пытался отнять монету. — Дом свой на тачку, что ли?

— Ты же говорил, что проблемы с материалами, — не обращая на него внимания, обратился к плотнику. — А с особыми видами древесины работать доводилось?

— С особыми? — Ольд прищурился. — Это какие же, по-твоему, являются особыми?

— Ну, плотоядная лиственница, например, — пожал плечами, стараясь, чтобы голос звучал как можно безразличнее.

Плотник хмыкнул, но в глазах мелькнуло что-то, чего секунду назад не было. Интерес, пока ещё прикрытый привычным недоверием.

— Так она же бешеная. Или ты нашёл росток и смог его сломать? Хотя тоже ценится, можешь нести, выкуплю.

— Да, росток трёхметровой длины и в толщину как моя нога, — развёл я руками. — Ну что, пойдёшь смотреть? Дёшево не отдам, сразу предупреждаю.

Ольд вытаращился на меня, подмастерья тоже, причём тот, что помельче, снова приоткрыл рот.

— Ой, да не ври уж так, — плотник поморщился, но голос уже звучал не так уверенно, как хотелось бы. — Такое дерево только охотник может добыть, и то не каждый.

— Смотреть идём, или как? — вздохнул я, развернулся и зашагал в сторону дома.

За спиной повисла тишина, потом послышались шаги, сначала неуверенные, потом быстрее. Ольд все-таки пошёл следом, заложив руки за фартук, и старательно делал вид, что совершенно мне не верит и идет просто чтобы посмеяться. Подмастерья остались во дворе, и один из них что-то зашептал другому на ухо.

Шли через всю деревню, и я чувствовал на затылке тяжёлый недоверчивый взгляд плотника. Редкие прохожие косились на нашу пару, видимо не каждый день мастер Ольд ходит по деревне за подмастерьем Хорга, но никто не остановил и не окликнул.