— Рей, а ты чего сидишь? — окликнул кто-то с улицы. — Там староста общее собрание объявил! Иди хоть послушай! Говорят, что-то важное хочет сообщить!

Поднял голову и посмотрел на мужика у ограды. Руки в глине, колени в песке, во рту лепешка, и меня зовут на собрание. Ну конечно, именно сейчас, когда первый ряд топки только начал ложиться.

Вздохнул, отложил кирпич, обтер ладони о траву и поднялся. Собрание так собрание, староста просто так людей не собирает, а после вчерашнего нападения наверняка есть о чем поговорить.

До дома старосты дошел минут за пять, и уже на подходе понял, что пришел далеко не первым. Народу на площади набилось столько, что протолкнуться к крыльцу не получилось бы, даже если очень захотеть. Деревенские стояли вперемешку с беженцами, кто-то сидел прямо на земле, привалившись к забору, кто-то негромко переговаривался, кто-то просто молча смотрел по сторонам и пытался понять, зачем всех сюда созвали.

У крыльца стояли четверо гвардейцев Кральда, в доспехах и при оружии, и этого хватало, чтобы толпа держалась на расстоянии. Дверь дома была закрыта, и за ней, судя по всему, сидели и староста, и Кральд, хотя снаружи этого не видно, только гвардейцы смотрели ровно перед собой.

Шум стоял изрядный, бабы причитали, мужики гудели, где-то заплакал ребенок, и какой-то старик громко выяснял у соседа, зачем он встал ему на ногу. Обычная деревенская суматоха, только масштабом побольше и настроением похуже.

Огляделся, выискивая знакомые лица в толпе. Борна заметил почти сразу, тот стоял чуть в стороне и хмурился так, будто ему задолжали и не собираются отдавать.

— А чего нас всех собрали тут? — протиснулся поближе к нему.

— Да видать из-за нападения этого, — Борн пожал плечами. — Не знаю, какие-то важные новости сообщить хочет, наверное.

Помолчал пару мгновений, и лицо у него резко потемнело.

— Но я отсюда ни ногой, тут мой дом! Если предложит уходить, так пусть сам и уходит!

— Успокойся ты, может наоборот, всем жалованье хочет выдать и премии за успешное отражение атаки, — хохотнул мужик, стоявший рядом.

— Ага, как же… — Борн набычился и замолчал, глядя на закрытую дверь. Потом вдруг повернулся ко мне и буркнул совсем другим тоном: — Последняя партия угля, кстати, очень даже неплохая получилась.

— Да ну? — удивился, ведь я сам к этой партии вообще не имею отношения, процесс пошел своим ходом за счет других людей и я ожидал небольшой просадки в качестве.

— Да баба эта, которую ты откуда-то привел, — он почесал затылок. — Сама привезла тележку, чуть носом меня в него не ткнула. Мол, смотри, какой уголь, оцени качество. Ты где ее нашел вообще? С живого не слезла, пока я ей молот не пообещал! Правда, она сначала железа мне должна где-то накопать, так условились.