Пристроить к этой комнате вторую, потом третью, превратить основное помещение во что-то вроде операционной, рядом устроить стационар, потом, может, и столовая появится. Два выхода позволяют наращивать здание в обе стороны, не ломая готовые стены и не перекраивая планировку.

Но объяснять все это мужику, который смотрит на свой огород и прикидывает, сколько от него останется после моих пристроек, совсем не хотелось.

Работали до самой ночи, а когда стало совсем темно и факелы перестали справляться, я наконец отложил инструмент и сел на бревно, вытянув гудящие ноги. Спина ноет, руки в растворе по локоть, но настроение такое, что хоть песни пой.

За день мы подняли полтора метра стены с нулевой отметки, залили стяжку с вибрацией, оставили оконный проем и два дверных выхода, закончили топку и даже начали поднимать трубу дымохода. В целом день вышел невероятно продуктивным, и если бы кто-нибудь утром предположил, что мы столько осилим, я бы не поверил.

Мужики расходились по домам, еле переставляя ноги. Малг ушел последним, кивнул молча и растворился в сумерках, а Стурм задержался, оглядел кладку при свете факела и впервые за весь день позволил себе улыбку.

Я еще посидел немного, глядя на темные контуры недостроенных стен на фоне звездного неба. Ну всё, теперь точно спать, причем с полным запасом основы сны снятся особенно сладкие.

* * *

На следующий день стены лазарета были полностью готовы.

Звучит буднично, но за этими словами стоят восемь часов непрерывной кладки, четыре бочки раствора, полтора штабеля кирпича и Стурм, который к полудню начал класть быстрее, чем мужики успевали подносить материал. Пришлось поставить на подноску двух лишних человек, и только тогда каменщик перестал оборачиваться и хмуриться.

По задней стене в небо устремилась труба. Внизу она раздваивалась, чтобы под полом была равномерная тяга и все участки прогревались одинаково. Выше каналы сходятся в один ствол, и сюда же я вмуровал заслонку. Простая глиняная пластина на салазках, которая позволяет перекрывать тягу, когда дрова прогорят и останутся одни угли.

Делал так уже, насколько помню у Вельта дома. Но там в заслонке пришлось оставить технологическое отверстие, чтобы тяга все равно была и в дом не поступал угарный газ. А тут можно смело оставлять угли на ночь и закрывать заслонку наглухо, тепло будет медленно отдаваться в пол, а пол в комнату, и к утру внутри все еще будет тепло.

Оконный проем, который пока больше для красоты, чем для пользы, как и планировалось закрыли дощатым щитом. Когда-нибудь до стекол дорасту, и тогда можно будет сделать настоящее окно, может даже с рамой и петлями. Но это из тех мечтаний, которые пока лучше держать при себе, а то засмеют.