Три часа до разрушения превратились в пять, хотя уже полтора прошло, режим перегрузки сменился на стабилизацию, и три с лишним тысячи кирпичных накопителей подключились к системе и начали работать. Качество соединения, правда, паршивое, девятнадцать процентов, но оно и понятно, мокрый шов между древесиной и кирпичом в качестве проводника это примерно как провод из сырого хлеба. Работает, но с оговорками.

И все-таки я оказался частично прав. Присоединение балки к кладке дало результат, но далеко не окончательный. Невооруженным глазом видно, что стало лучше, даже не надо ничего анализировать. Гул изменился, стал ровнее и глуше, без тех рваных перепадов.

Пыльцы тоже меньше, облака осели, теперь из зачищенных участков сочится легкая белесая дымка, а не плюется снопами, как раньше. И вспышки рун на стенах уже не бьют по глазам, мерцают спокойно, ритмично, как сердцебиение отдыхающего человека. Накопители начали принимать на себя избыток Основы, и это именно то, что было нужно.

Дисбаланс частично купирован, говорит система, но конструкция не завершена, для полной стабилизации необходимо завершение несущего контура. Ну что ж, завершение контура — это фронтоны, потолок, крыша и все остальное, что превращает четыре стены с балкой внутри в законченное здание. Пять часов, значит пять часов. Если начнем прямо сейчас и не будем останавливаться, может и успеем. А может и нет, но других вариантов все равно не видно.

Ладно, чего стоять и пялиться на цифры, если можно работать.

Развернулся, подобрал с земли ближайший кирпич и приладил его на раствор. Ничего особенного, просто положил и прижал, как делал это тысячи раз до этого. Вокруг два десятка мужиков, большинство стоят и смотрят, кто на меня, кто на бревно, кто друг на друга, и на лицах у каждого одно и то же немое ожидание. Но я уже позабыл об их присутствии. Есть задача, лазарет надо достроить за пять часов, значит надо выполнять.

— Правда, чего встали-то? Работаем! — Ольд прикрикнул на замерших работяг и пошел ковыряться с какой-то заготовкой. — Эй, а ну метнись ко мне! Да стой, не ты, вон тот, длинный! Там разбуди пацанов моих, пусть тащат доски! А то до завтрашнего вечера буду ковыряться!

Длинный метнулся, остальные зашевелились, и площадка ожила. Я уже не обращал на эти крики внимания, просто выкладывал фронтон со стороны печки. Кирпич за кирпичом, ряд за рядом, раствор ложится ровно, руки работают, а голова считает. Фронтон треугольный, каждый следующий ряд короче предыдущего, и чем выше, тем аккуратнее надо подгонять крайние кирпичи, обкалывая их под нужным углом.