Не скажу, что плотские утехи мне не понравились, всё было как раз-таки, наоборот, однако произошедшая вакханалия, воспринималась мной, как очень правдоподобный, но всё-таки сон.

Таким образом, вопрос моего отношения к красноволосой дьяволице, остаётся открытым. К нему мне предстоит вернуться чуть позже. Пока же я сам не разобрался как себя вести и что думать в отношении Елизаветы.

Если бы все поступки и решения можно было поделить на добро и зло или чёрное и белое, мне бы было намного проще, однако жизнь непростая штука, и порой мне кажется, что она ко мне предвзята со своими испытаниями.

Тогда, во время заключения, Флеменг выполняла свою прямую работу: добывала и проверяла информацию, вербовала агентов.

С моей стороны её поступок был аморальным, но будь я на её месте, положа руку на сердце, я не готов категорично ответить, как бы сам поступил в той ситуации и где та грань, за которую заступать уже не следует.

Оставим пока размышления о вероятности событий и причинно-следственных связях на потом и вернёмся к обстоятельствам моего пробуждения.

Вопреки моей ночной активности, я не проспал начало учёбы. По обоюдному согласию с Флеменг, мы отложили вопрос нашего единения на следующий раз.

К слову, Лиза никак не показала своим видом, об изменении установленного порядка наших взаимоотношений (за исключением своеобразной походки. Кхе-хе…).

Женщина, как только проснулась, сразу же упорхнула восвояси. Увиделись мы с ней только за завтраком, где она всё так же исполняла свою роль покорной горничной, правда, уже без поползновений на тело своего господина.

«Насытилась?»

Вполне возможно, ибо голос она ночью сорвала, о чём узнал я только утром.

Одевшись в заранее приготовленную школьную форму, представленную в виде тёмно-серого комплекта, состоящего из брюк и рубашки (серебристый галстук мне не понравился, оттого остался невостребованным), я, накинув на себя пальто, начал спускаться в холл.

У гостиницы меня ожидал, заблаговременно заказанный красноволосой милфой транспорт — аналогичный ранее виденному зелёный стеир.

Время поездки продлилось недолго, через пять минут я оказался перед одним из входов в Академию (всего их было четыре).

Готический замок, являющийся академией, представлял собой форму четырёхконечной звезды. От каждого луча тянулись длинные дорожки, что в длину составляли немногим больше ста метров.

По одной из таковых я, в данный момент, и двигался.

Замковый комплекс находился в самом центре звезды. Вокруг него имелись широкие пешеходные дорожки, что, огибая строение, образовывали целостный круг.