Противник, проверив застёжки на перчатках, активировал эфирный щит. Полупрозрачная коричневая плёнка обволокла Бремора. Его лицо изменилось, парень вытащил язык и оттянул указательным пальцем своё веко.

— Убожество! — брезгливо прокомментировав выходку невменяемого блондинчика, я окутался эфирным щитом резервного источника (стихия — вода). Барьер, приветливо мигнув голубым свечением, объял меня родственной энергией.

— Ты знаешь что это? — продемонстрировав свои белые перчатки с изображенным на их тыльной части чёрным черепом, Алан показал мне фак.

Его грубый низкий голос никак не мог соотноситься с детским личиком. Словив неслабый такой диссонанс я рывком вытащил из песка Вина.

— Мальчик… глупый мальчик, — снисходительно посмотрел я на него. — Ты не виноват в том, что ты такой. Я всё понимаю. Ты не виноват, что твои родители сотворили такую нелепость, — обведя его силует рукой, я пощёлкал пальцами как бы вспоминая вертящееся на языке фразу, — по приколу!

— Аргх… — сплюнув на песок излишки своей «желчи», его лицо исказилось. Оказавшаяся передо мной безумная рожа никак не могла напоминать то детское лицо, виденное мной ранее. — Я сделаю из тебя фарш! — прорычал мой противник, вытягивая руку в мою сторону.

Рядом с ним сформировались сразу пять каменных пуль (техника ранга Воин), что, повинуясь его желанию, полетели в мою сторону.

Сделав прыжок назад, я начал спешно разрывать расстояние. Противник начал со слабых техник своей стихии, потому и я сам не собираюсь демонстрировать свои козыри раньше времени.

Присев и воткнув меч перед собой, я смог укрыться от снарядов противника. Их скорость была низка, а траектория полёта предсказуема.

Дождавшись всего двух слабых ударов в импровизированную стену, я встал в стойку — нечего этого полоумного терять из виду.

Простота моего уклонения, начала подбешивать блондинчика. В его глазах появились крохи зараждающейся бури.

— А что ты скажешь на это, — над его ладонью начал образовываться каменный шар размером с футбольный мяч.

Махнув в мою сторону рукой, Алан отправил каменюку в меня.

— Сука, — прогундел я вливая эфир в ноги и начиная убегать от приближающегося зародыша метеорита.

Моё фривольное поведение развеселило Бремора. Он, периодически обновляя снаряды, словно поехавший злодей, начал парадировать джокера и злобно ржать надомной.

Наматывая круги по периметру арены, я пытался изобразить маятник. Мчаться с оглоблей в руке — такое себе занятие. Поняв, что таким образом я быстрее устану, чем у этого имбецила закончится эфир, я резко остановившись развернулся к двум летящим в меня каменным мячикам.