Эфир из основного источника направляется в ноги, активирую рывок и, прижимаясь к стене, я украдкой, выглядываю вниз.
У входной двери стоял рослый мужчина, одетый в чёрный костюм тройку. Наглый незнакомец явился в дом Вебер в сопровождении щупленькой девушки, я бы даже сказал — школьницы. Перед ними, в молчаливом поклоне, находилась хозяйка особняка и старшая горничная.
Сука… во что я снова вляпался?!
Глава 14 "Вебер"
— У вас сутки, чтобы вернуть проценты. — выйдя из комнаты, я услышал доносящийся из холла, полный ярости, мужской голос. — Иначе, я буду вправе вас наказать, в соответствии с законом «о долговых обязательствах». И уж поверьте, ваше тело, будет меньшее из того, что я затребую.
Эфир из основного источника направляется в ноги, активирую рывок и, прижимаясь к стене, я украдкой, выглядываю вниз.
У входной двери стоял рослый мужчина, одетый в чёрный костюм тройку. Наглый незнакомец явился в дом Вебер в сопровождении щупленькой девушки, я бы даже сказал — школьницы. Перед ними, в молчаливом поклоне, находилась хозяйка особняка и старшая горничная.
Сука… во что я снова вляпался?
* * *
Слишком уж всё вовремя: мой приезд, знакомство, теперь и этот выхухоль в сопровождении моей ровесницы.
Может это проверка?
Если так, то кто её может проводить? Первый вариант — это сама хозяйка поместья. Ей, может быть с руки проверить нового «члена» своей семьи и рода. Второй — особый отдел хулиганит. Конечно, может быть это случайное совпадение, но что-то мне подсказывает, что всё не так, как кажется на первый взгляд. Здесь есть своя, скрытая подоплёка.
Аристократка осталась одна. Род я так понял находится в унынье. Несмотря на моё потребительское отношение, наблюдать за подобным развитием событий — прискорбно. Вот действительно, мне бы вмешаться.
Хотя… не сто́ит делать поспешных шагов. Вмешаюсь если моей «матери», фу… не-е, не буду я её так называть. Пусть, будет — сестрёнка. Так вот, если сестрёнке будет угрожать опасность…
Демоны… Я позабыл о чести!
Если ничего не сделать, нападки могут усилиться, а там и того гляди, случится нечто непоправимое — это я про целомудрие и вообще своё будущее благополучие.
Сейчас я нахожусь с Инори в одной лодке, а её раскачка, со стороны третьих лиц, может пагубно сказаться на мне, в частности.
Надо заявить о себе, а там, уже будет видно, что делать с «приятелем» и всей этой ситуацией с долгами.
Тем временем, диалог, если можно его назвать таковым, продолжался.
— Я постараюсь сделать всё, чтобы выплатить долг моего отца. — находясь в поклоне, со злостью в голосе проговорила Инори.