— А я тебе говорила правду, — насупилась она

— Хорошо. Тогда я попытаюсь исправиться.

Потеснив девушку, я прилёг рядом с ней на подобие кровати.

Закрыв глаза (глаз) и расслабившись, я начал пересказ своей обновлённой биографии.

Изложение новой версии моих приключений заняло ещё меньше времени, чем предыдущей легенды. Мне не надо было рассказывать какие-либо конкретные обстоятельства, я поверхностно прошёлся по событиям, наступившим после нападения на заставу, рассказав практически честно, лишь то, что могли видеть мехи.

Что касается моей роли, я ограничился упоминанием, что родные мать и отец живут в Империи Сурамут, что меня продали с аукциона, после чего, в процессе моей транспортировки, я был повторно захвачен третьей стороной, которая меня и доставила в Бастион.

Враньём про семью и Сурамут, я решал сразу несколько стоя́щих передо мной задач: раскрывал псевдоместо возможного отступления, в случае успешной попытки побега, и приковывал взгляд Империи Вендигор к соседям, в случае желания сил особого отдела ИСБ проверить мою биографию, найти моё слабое место — рычаг давления.

Пришлось отчасти поведать и историю про Микассу, что являлась моим наставникам по основам использования сил сверха, заодно и выполняющую роль охранника в тестовом проекте Бастиона по взращиванию мужчин — сверхов.

Да, именно проект. С моих слов, я был первым из кого попытались слепить воина.

Своим враньём я объяснял свою избранность, реакцию Микассы, собственное поведение и способности.

Чтобы набить себе цену, я также слил информацию про то, что меня якобы готовили в качестве шпиона, мне нужно было как-то объяснить свою игру перед сокамерницей и дознавателями.

Возможно, кто-то подумает, что всё это глупо, но это не так, если бы я не сказал ни слова, то был уже мёртв и это в лучшем из вариантов.

В худшем — смотрел бы, как белые черви в обрубке моей руки, копошась, прогоняют мяско по своему полупрозрачному тельцу.

Ф-у-у-у, — видел я подобные пытки, устраиваемые особо рьяными садюгами.

Жить захочешь — и не так будешь вертеться. Правда, если вертеться не умеешь, то сольёшь всю инфу врагам, покажешь себя полным профаном с трясущимся коленками — подпишешь приговор.

Подобное ничтожество неинтересно никому, а неинтересных военных пленников ждёт одно — смерть и благо, если она будет быстрой и безболезненной, а не на мясницком столе, под томным взглядом экзекутора с диссоциативным расстройством личности, что посредством бесконечных увечий, решил выдавить вообще всю возможную информацию.

Отыгранная мной модель поведения, позволила мне определить круг, известной оппоненту информации, на основании которой, я, вплетая ложь, смогу частично раскрыть правдивую завесу событий, предшествующих моему заточению.