— Знаешь какой заголовок предпочитаю я? — без тени улыбки протянул я мертвым голосом, — «Два члена боярского совета устроили кровавую бойню за кресло Ректора», или еще вот такой мне нравится, «Ректор Академии героически погиб, спасая студента».
Бутурлин моего креатива не оценил, и я пожал плечами. Не каждому боярскому выродку дано понять мысли творческой натуры.
Остался последний штрих, ради которого я до последнего держал в правой ладони хаотическую энергию. Скрябина убил не я. Бутурлин атаковал меня первым. На этих истинных фактах я планировал базировать свою линию защиты. С имперцами не прокатят такие фокусы, которые я применял, когда проходил блиц.
И оставалась последняя проблема. Как в панике убегающий студент смог убить Магистра?
Я повернулся и с усилием выдернул артефактную саблю из стены правой рукой. Выдохнул, сконцентрировал столько смешанной энергии сколько мог в другой руке и перебросил саблю туда.
Из горла вырвался короткий вскрик боли. Пальцы на левой руке тут же обледенели, а в ладони прожгло дыру. Я с усилием качнул стремительно убивающий меня артефакт и воткнул его в сердце парализованного Бутурлина. Тело боярина обмякло и завалилось набок.
Я одернул ладонь от рукояти сабли и поморщился от увиденного. Пальцы изогнуты и заморожены, ладонь и запястье прожжены насквозь, а все предплечье неестественно вывернуто изнутри и изъедено маленькими дырочками до костей.
— Сраный Скрябин, — гневно выплюнул я и оперся на забор, который медленно начал осыпаться без подпитки Бутурлина.
Мощь защитного конструкта на артефакте Ректора оказалась посильнее, чем я предполагал.
Я перевел взгляд на мертвое рыло Бутурлина и лицо само расплылось в улыбке. Убивать бояр приятно. Убивать членов совета приятно втройне. Увидеть, как один член боярского совета убил другого бесценно.
В глазах вдруг резко потемнело, а сердце будто пронзили ножом. Я припал на колено и только сейчас понял в чем проблема. Наивный дурак. Расслабился как сраный дилетант. А ведь я еще не закончил!
— Дерьмо, — выругался я и поднял дрожащую правую руку и поднес к лицу, чтобы рассмотреть ладонь.
Остатков хаотической энергии там не было, потому что контроль на миг дрогнул, и я пустил эту всепожирающую хрень в свои потоки.
Тело пробила дрожь от запредельной концентрации. Пот лил ручьем, а печать болела сильнее обычного, но я не мог позволить хаотической энергии дойти до нее. Слишком велик риск. Слишком…
— Ааа — из горла вырвался крик.
Я всеми силами пытался вытянуть хаотическую энергию из тела, но она липла к моим потокам, сливалась с ними и ползла все ближе к печати. Замедлить удалось, но это все на что я был способен в таком состоянии и совершенно не то, что нужно.