В этот момент мини-монолит засветился красным, и я в два прыжка нырнул за руль и скомандовал:
— Закрывай!
Лена послушно дернула руками и пластины-двери плавно потянулись вниз. Внутренне автомобиль с гербом Скрябиных на руле выглядел совсем не так, как я привык, и я впервые усомнился что вернулся в прошлое, а не наоборот.
Ни ключа, ни кнопки, ни привычной панели не было.
Проход в ангар открылся, и по нам развязали стрельбу из обычного огнестрела, но встроенный в машину защитный конструкт завибрировал и мягко перенаправил все пули.
— Как это корыто завести? — осматриваясь крикнул я.
— Сейчас… — отозвалась Скрябина, — все системы работают только на моих потоках…
Я взял себя в руки и родовым взором окинул Лену. Из-за полупрозрачных потоков я не сразу заметил, что машина вытягивала энергию из запасов девушки. И для барьера, и для всего остального в машине.
В этот момент в зад корпуса влетело что-то массивное. Часть барьера не выдержала и машину со скрипом откинуло на пару метров. С крыши раздался подозрительный скрип.
Скрябина вскрикнула, но удержала контроль. Мотор завелся.
Я только этого и ждал, и машина со свистом понеслась в сторону тоннеля. На крыше раздался звук сминающегося металла, и я ощутил потоки сильного одаренного рядом.
Цепкий говнюк.
Я не стал сбавлять скорость перед поворотом, а вдавил газ в пол. Машину повело вверх и чуть мимо дороги, Скрябина вжалась в сидение и закрыла глаза. Нелегальный пассажир на крыше не удержался от такого маневра и слетел.
Я с трудом вошел в поворот, чиркнув по стене и, с наслаждением наблюдал в зеркало заднего вида, как стремительно удаляется силуэт Гриши.
Круглый тоннель напоминал метро с односторонней асфальтированной дорогой вместо рельс. Я шел в полный газ, не сбавляя концентрации. Неизвестно что ждало на том конце тоннеля, и есть ли там защитные посты. По идее, раз это дорога для эвакуации при опасности, выход должен быть незаметным и вести…
— Куда ведет тоннель тебе говорили?
— Да, — нервно кивнула Скрябина, — у него должно быть два выхода. Один ближе к портовой зоне, второй неподалеку от северного аэродрома. Но где именно я не знаю. Только это.
— В зависимости от дальнейших планов уходить морем или воздухом, неплохо, — похвалил я, — этого хватит.
Выход в портовую зону должен быть в черте города, следовательно раньше, и нам это сейчас не подходит. А вот второй очень даже.
Менее чем через минуту я пропустил поворот налево, а еще спустя десять минут, дорога начала медленно подниматься вверх и в итоге мы добрались до очередного мерцающего силового барьера Скрябиных.