Только в отличие от боярского ублюдка, который не скрывает своих намерений, и чья мотивация нам с дедом была понятна, род Адлербергов в нашем мире старался усидеть на трех стульях разом. Одновременно поддерживая и Российского Императора, и боярский совет, и европейское сообщество.
Однозначно сказать на чьей стороне были Адлерберги на самом деле я не мог тогда и, соответственно, не могу и сейчас. По-хорошему, я хотел минимизировать контакты с Адлербергами, потому что из-за того, что «прошлый» Марк Жуков жил с ними так долго, любой из их рода раскроет во мне самозванца гораздо быстрее, чем кто-либо другой.
А им я доверяю куда меньше, чем остальным, кому я раскрыл свою тайну.
Однако слова Скрябиной внесли существенные коррективы в эту стратегию. Ведь по словам Лены, Константин Адлерберг прекрасно знал о планах «прошлого» Марка Жукова устранить Ректора Российской Академии Всеволода Скрябина.
И когда я ощутил присутствие Константина Адлерберга здесь в Лондоне, у меня не оставалось выбора.
Здесь и сейчас я должен определить как много знает этот кудрявый жизнерадостный парнишка с хитрым острым взглядом и какого хрена род Адлербергов забыл в Лондоне на приеме, куда их не приглашали.
— Вас разве не собрали в одном месте? — искренне удивился Костя, — удивительно что тебе удалось обойти протокол безопасности. Тогда ты прав, Марк. Тебе ничего не будет. А договор простой. Если кратко, то британцы обещают тебе безопасность, защиту и неприкосновенность твоего личного номера в обмен на это ты обязуешься перемещаться только по разрешенным локациям, в разрешенное время и строго с сопровождением хотя бы одного члена персонала. Ну и еще много нюансов с той же сутью.
— Из-за этого ты не вышел из номера? — засмеялся я.
— Эй, вообще-то я договор подписал родовой клятвой и в отличие от Жуковых наше слово еще чего-то стоит, — весело бросил Костя, не сводя с меня взгляда.
От подобного вброса меня передернуло и сдержать внутренние бушующие в гневе эмоции и не оторвать наглому мальцу голову оказалось весьма непросто. За две секунды я смог подавить свой агрессивный порыв, но Костик заметил это в первое же мгновенье.
Атмосфера в номере изменилась в один миг, и я понял, что притворяться бесполезно.
— Ты не Марк, — раздался холодный голос над головой, — иначе ты бы засмеялся от моих слов, ведь знал, что после убийства Скрябина тебе будет даровано место в роде Адлербергов. Ты ненавидел фамилию Жуков куда сильнее, чем я и весь мир вместе взятые. К тому же изменились твои потоки, мимика, тембр, интонация, взгляд, аура, дыхание. Ты, это не ты. Это объясняет почему ты не выходил на вечерние созвоны последние шесть дней.