А ведь точно, в каждом испытании старик ставил задачу. Захватить террористов, казнить тысячу стран… а нет, наоборот. Мысли путаются. Но я посчитал что для первого раза без страховки будет достаточно просто откатить время под давлением катастрофических последствий… Наивный.
Удовлетворенный моим мыслям, которые были у деда как на ладони, старик подошел вплотную и ткнул пальцем мне в лоб.
— Твоей нити хватит еще на… — Абсолют сделал небольшую паузу, — девятнадцать часов и пятьдесят три минуты. Вот через столько и встретимся на этом самом месте. Используешь маяк раньше хоть на секунду — провал испытания.
— Ты старый псих, — одернув морщинистую накаченную руку Абсолюта выдавил я.
— Если думаешь, что не потянешь, дергай нитку хоть сейчас, — оскалился старик.
И провалить испытание. Ага. Сейчас. Не дождешься старый козел. Ладно. Повышаем ставки значит. Без трети силы, с поврежденными внутренними органами и с порванными энергетическими узлами я должен выжить в сердце чужой страны под прицелом у сильнейших одаренных Европы? А если не подохну, то к точно назначенному времени прорваться к месту преступления, которое за эти девятнадцать часов станет самой охраняемой точкой в Европе.
Звучит… выполнимо. Если старикан будет рядом. Только вот все испытания до этого я выполнял в одиночку…
— Что будешь делать ты? — ровным голосом спросил я, и не надеясь на помощь.
Экстренная регенерация почти завершена. Правда теперь у меня израсходована уже половина энергетических запасов…
— Как и всегда, — усмехнулся старик, — удовлетворять свое любопытство. Всегда было интересно, сколько часов мне потребуется чтобы захватить Священную Римскую Империю. Пожалуй, девятнадцать вполне хватит.
С этими словами старик вышел в ближайшее окно, оставив меня один на один с этим хаосом вокруг.
* * *
— Не самый приятный сон, — прохрипел я, потирая вспотевший лоб.
Хотя это было скорее яркое воспоминание, которое вспоминать не хотелось.
Сознание медленно возвращалось, а вместе с ним и смертельная усталость. С немалым усилием я смог открыть глаза и осмотреться.
Вокруг была все та же каморка. Я лежал на расстеленном матрасе рядом с тазиком воды. Воскресший отец мерно посапывал в полуметре от меня, заснул прямо на табуретке с мокрой тряпкой в руке.
Я осторожно просканировал потоки. Чуда не случилось. Красного как не было, так и нет. Более того, синий поток еще больше ускорился.
— Тебе нельзя вставать, Марк, — донеслось обеспокоенным сонным голосом, — у тебя жар.
Я скосил взгляд на маленькое окошко, в которое отчетливо пробивались лучи света.