— Как пожелаете, — пожал я плечами и опустился в кресло напротив, — тогда может перейдем на «ты»?
— Не возражаю, — согласился Олег Голицын, — сейчас подадут ужин, я осмелился сделать выбор блюд за тебя, но уверяю, ты не будешь разочарован.
— Благодарю, сложные поединки действительно возбуждают аппетит.
Говорить сыну Генерал-Губернатора что я полтора дня ничего не ел я посчитал излишним. Травка Богдановой отлично глушила чувство голода, но отказываться от хорошего ужина я посчитал невероятным расточительством. Кто знает, когда я еще смогу поесть в спокойной обстановке. С этими заигрываниями с боярским советом я начал чувствовать себя шпионом во вражеской стране.
— Прошу, Марк, — улыбнулся на мою ремарку Олег Голицын, — давай поговорим откровенно.
Обычно после таких вот фраз и начинается настоящее лицемерие, но посмотрим, как пойдет сейчас. В отличие от боярских свиней, род Голицыных вызывал у меня уважение, да и этот парень мне нравился.
Я вопросительно приподнял бровь на предложение, и сын Генерал-Губернатора тут же уточнил:
— То, что было на арене, это не сложный поединок. У бедняги не было и шанса. Как много людей ты убил? — неожиданно ввернул Голицын и я едва смог сохранить невозмутимое лицо.
— Парочку наберется.
— Марк, Марк, — покачал головой Олег Голицын, — договорились ведь поболтать откровенно, разве нет?
Интересную игру затеял сын Генерал-Губернатора, но ладно, давай поиграем.
— Много, — ответил я, испытующе глядя в глаза собеседника.
Секунд пять Голицын молчал, после чего удовлетворенно кивнул и откинулся на кресле.
В этот момент в дверь постучали. Спустя две минуты весь журнальный столик оказался заставлен изысканно поданной едой. Комната наполнилась возбуждающим аппетит мясным ароматом.
— Советую попробовать оленину под соусом из лесных ягод, — непринужденно проговорил Голицын и потянулся к бокалу красного вина.
Я последовал его примеру и разговор ненадолго прервался.
— Как насчет тебя, Олег? — продолжил я с того же места, где мы остановились, — я слышал ты только-только вернулся с войны.
— Я убивал достаточно, — сухо ответил Олег Голицын, — Томская губерния сейчас самая горячая точка в Империи и с каждым днем становится только хуже.
Томская? Внутренне удивился я, но не подал виду. В моем мире ни один враг не пробирался так далеко в наши владения. Олег ведь не хочет сказать, что это сейчас самая восточная точка Империи?
Да я слышал о том, что в этой версии истории Российская Империя проиграла третью мировую войну, но хотя бы бегло ознакомиться с последствиями времени не было. И спросить ведь не спросишь.