– А потом я все испортил, – заключил он после довольно продолжительной паузы. – Прости меня, Ления. Знаю, тебе больше не нравится это имя. Но, по мне, так оно очень тебе идет. Такое же нежное и хрупкое, как ты сама. Я никогда не встречал девушки даже отдаленно похожей на тебя. Что по внешности, что по характеру. Ты особенная, Лена. Если привычнее и приятнее, я теперь тоже буду тебя так называть. Только скажи, что еще сделать, чтобы простила?
Сам сообразишь. Делать мне больше нечего, как план по нашему воссоединению сочинять. Напортачил, а я думай, как все исправить. Если это вообще теперь возможно.
– Милая, – устав ждать, позвал Дар.
В очередной раз оставшись без ответа, мужчина коснулся моего подбородка и заставил посмотреть на него. Вот и все. Стоило нашим взглядам встретиться, как мое безразличие мгновенно затрещало по швам. Как же устоять против очарования этого мужчины? Даже ненависть к нему, которую я все эти дни так усердно взращивала в себе, оказалась бессильна.
– Мне нужны только ты и наш сын.
Черт, он специально, что ли? Я же еще чуть-чуть – и плюну на все, включая гордость, чтобы прямо сейчас и здесь простить его. Кто-нибудь, не дайте мне это сделать. Ну, пожалуйста!
«Любишь ты все усложнять», – насмешливо раздалось в голове.
– Поговори со мной. Скажи хоть что-нибудь. Или накричи. Можешь даже ударить. Но только не молчи.
Конец моей выдержке. Прощайте и не поминайте лихом. Здравствуйте, непрошеные слезы, тут же тонкими струйками потекшие по щекам.
– Проклятье. Да что ж такое?! – прорычал Дар, сразу порывисто и крепко прижав меня к себе. – Ты можешь нормально объяснить, что происходит? Потому что я уже совершенно точно ничего не понимаю.
Если бы это было так легко! Как сказать мужчине, что мне с ним плохо ровно настолько же, как и хорошо? Не поймет ведь.
«Тогда просто займись с ним сексом».
«Пробовала уже. И каждый раз это только все в разы усложняло», – пояснила ментальной собеседнице, которой, судя по тишине, предложить мне было больше нечего.
– Оставь меня, – попросила, поняв, что все это время Дар терпеливо ждал ответа.
Вот только мне было нечего ему сказать. Все потому, что запуталась. И пока не разберусь, что именно чувствую к этому мужчине, не хочу ему ни в чем признаваться и ничего обещать.
– Опять гонишь, – раздалось с тяжелым вздохом.
– Нет, прошу, – поправила.
– Почему?
– Потому что пока не готова к этому разговору. Больше не готова. Слишком много переменных.
– Хорошо. Я уйду. Но обещай сразу дать знать, как только что-то изменится.
– Угу.
– Я точно не могу остаться? – решил напоследок предпринять еще одну попытку переубедить меня Элиадар.