— А я бы сейчас выпила, — призналась я, чувствуя, как его слова непривычно согревают меня.

— Тебе принести что-нибудь? — спросил он.

— Да, молока с мёдом, — выдохнула я, глядя ему в глаза. — Я так полюбила... его.

Аслан постоял ещё пару секунд не отрываясь смотрел мне прямо в глаза и наконец, вышел из комнаты.

Я не могла поверить, что наши отношения так кардинально изменились. Что он совсем не злой тиран и дикий волк. А просто человек уставший от проблем и лицемерия. Человек, такой же как и я, ищущий правду и справедливость.

Через несколько минут Аслан вернулся с двумя большими кружками. Мы сели на диван, и я чувствовала, как его близость согревает меня лучше любого тёплого молока.

— Пей, — попросил он. — Это успокаивает. Там нет слабительного.

Я покорно сделала глоток. И даже не отреагировала на его шутку, потому что думал о своём.

Тёплое молоко с мёдом разлилось по телу, и я почувствовала, как немного начинаю успокаиваться.

— Что ты ей сказал? О том, где мы были вместе, — наконец спросила я, поглядывая на него через край кружки.

— Ничего важного, — просто выдохнул Аслан. — Сказал ей, что у меня были дела. И я не мог говорить. Она конечно не поверила, но я не дал ей повода сомневаться в том, что между нами что-то изменилось. Отвёз её домой, заверив, что ты скоро покинешь этот дом. Всё.

— Альфия не будет сидеть сложа руки, — в слух размышляла я. — Она начала сомневаться, я это чувствую как женщина.

— Я знаю. Поэтому мы должны действовать быстро.

Мы ещё не менее часа сидели в абсолютной тишине, и я ясно видела, как между нами устанавливается какая-то новая связь.

Аслан заснул прямо на диване, а я ушла в спальню, и взяв плед, укрыла его. Бог свидетель, я не могла уснуть ещё пару часов. Всё ворочалась с бока на бок, проживая этот день в своей голове снова и снова.

Утром я спустилась в сад. Мне нужно было подышать свежим воздухом и немного успокоиться после беспокойной ночи. Но не успела я сделать и шага, как увидела картину, которая заставила моё сердце беспокойно забиться.

Альфия снова была рядом с Нурланом. Она стояла слишком близко к нему, что-то говорила, пыталась коснуться его груди, а потом паха.

Вот же гадина!

Но на этот раз Нурлан отстранился сам, и мне не пришлось вмешиваться сразу. Он сделал шаг назад и посмотрел на неё с лёгким недоверием.

Я прокралась ближе и услышала его голос:

— Альфия, оставь меня. Я не хочу с тобой разговаривать об этом. И тем более, чтоб ты меня трогала.

Она слабо улыбнулась, но глаза выдавали волнение.

— Что случилось, Нурлан? Раньше тебе нравилось моё внимание. Неужели рыжая толстушка, стала тебе дороже чем я?