Пикар сдал вахту Гире, а сам потащил всех вниз.
— Я установил станину на корме. — показал он Максу уродливую конструкцию из уголков, густо обмотанных проволокой. — Не знаю, как долго прослужит. Главное, что у нее отрицательные углы стрельбы и высокая мобильность. Как будем приманивать касаток?
— У меня есть идея. — хмыкнул Кирпич, оглядывая станок. — Давайте пойдем третьим маршрутом патрулей. Заодно проверим буи и возможно снимем какого-нибудь бедолагу. Повяжем его, а когда обратится, подрежем и сбросим за борт на тросе. Касатки должны чуять кровь на больших расстояниях.
— С ума сошел⁈ — вскинулся Пикар. — В тех местах навигация никакая! Влет сядем на риф!
— Да все там чики-чики! — похлопал Кирпич капитана по плечу. — Всего семь горловин. Их пройдем на твоей таратайке. А в остальном большая глубина и крутые спуски. Мы потому патрули туда четвертый день не отправляем. Рискованно. Почти негде скрыться от зубастиков. Сто пудов свежака захомутаем.
— Кирпич прав. — сказал Макс. — Уже готового дикса по рифам если и поймаем, то с большими потерями. И брать придется полумертвого. Ему пара порезов ничего не сделают. Часами можно волочить за собой. Ну не нам же с себя кровь сцеживать? А рыба не так привлекательна, да и крови в ней мало.
— Вы придурки. — обреченно выдохнул Пикар и сумрачно взглянул на колонну в кильватере. — Как мы там пролезем с этим балластом? Разобьем все к чертям.
— Ну ты же опытный морской волчара! — загоготал Кирпич. — Справишься.
Спустя два часа свернули в первую горловину. Лидер Пантер оказался прав. Узкие протоки оставляли достаточно места для маневра даже «Челленджером». Остальные корабли, повинуясь рулю, шли след в след. Тем более спустили паруса и опустили винт. Мотор затарахтел и довольно шустро заработал винтом. Ход стал ровнее и устойчивее.
Зато сам проход заставил понервничать. От края утеса до борта не более трех метров. Запрыгнуть на палубу даже ребенку несложно, что уже говорить о диксах. Потому все напряглись, пока вся флотилия не прошла горловину.
Первый и второй буи ничего не принесли. Даже припасы воды оказались не тронуты. Пикар все сильнее возмущался, да и сам Кирпич скис. Но на последнем буе что-то наблюдалось. Когда подплыли ближе, то заметили какую-то непонятную кучу тряпья.
— Табань! — заорал Пикар в рупор, разглядывая буй. — Там что-то есть.
— Вижу. — кивнул Макс и достал свой дробовик. — Похоже на человека.
От криков по цепочке и суеты на палубе, куча очнулась и зашевелилась. На свет божий из-под тряпья появилась красная опухшая рожа. Лицом это назвать не поворачивался язык. Человек подслеповато щурился и как-то вяло махнул рукой.