— О-о, теперь мне становится всё понятно. Не зря мой директор, просил быть осторожнее с ним. Он уже несколько раз пытался выкупить завод за копейки и оказывал давление на бывшего владельца, пользуясь разницей в социальном положении. Я требую принять от меня заявление и наложить арест на часть его имущества, которая гарантированно покроет мои убытки, — возбуждённо проговорил я, для эффекта потирая ладони с довольным выражением на лице.

— Вы думаете, он сделал это по поручению боярина? Но для чего тогда он поджог склад, своего хозяина?

— Конечно, тут нет никаких сомнений, а склад, скорее всего, был застрахован, а, возможно, это связано с его заказами на Оружейный Приказ. Таким образом, он может перенести срыв поставки или выбить компенсацию для своего завода, — сказал я довольный, изображая радость на лице, что раскусил коварный план. Вообще, старался показать следователю, что я обычный юный подросток, который пытается показать свою значимость и продемонстрировать свой ум старшим.

Глава 19. Суета перед балом

Глава 19. Суета перед балом

Глава 19. Суета перед балом.

Кабинет руководителя Тайного Приказа города Данков.

— Докладывай, Ершов, как прошёл допрос свидетеля? Что вы там со слежкой за шум навели?

— Ваше Сиятельство, парень очень непрост, тут ещё надо посмотреть, кто кого допрашивал. Такое ощущение, что я разговаривал не с юнцом, а с матёрым юристом. Они пришли на вызов подготовленными, и есть подозрение, что не вызови мы его, он пришёл бы к нам сегодня сам. Во время допроса я оговорился, и юноша тут же зацепился, обвинив нас в слежке, при этом он начал упирать на должностные инструкции, требуя предоставить разрешение на слежку за его отцом и семьёй, ведь он сейчас имеет очень высокий допуск и имеет категорию секретоносителя, при слежке за которым нужно официальное разрешение. Пришлось согласовывать с Тайной Канцелярией и визировать это разрешение в самом ведомстве.

Вёл он себя очень уверенно, хотя пытался изображать неопытного юнца, подыгрывая мне, сразу оформил ряд претензий к возможному виновнику на очень внушительную сумму.

От прямых ответов он всячески уклонялся, поэтому определить его участие в произошедшем на оружейной фабрике не представляется возможным. Сотрудникам запрещено говорить больше официальной версии, ссылаясь на репутационный ущерб. По мне, так он сумел убедить поджигателя в отместку поджечь цех его нанимателя, если дадите санкцию, мы его задержим сегодня и помаринуем пару дней. Уверен, как бы он ни храбрился, он быстро сдастся, и не таких раскалывали, — предложил следователя.