Обе женщины пошли вперед, более молодая немного упиралась, но это ничего не изменило, через минуту они скрылись за углом какой-то рамённой, из окон которой горел приглушенный свет.

Когда они скрылись, мужчина, наконец, смог высказать чувства, которые были на его душе:

— Опять она строит из себя цундере… хотя она ведет себя глупо, ее ревность даже умиляет. Рад, что я ей все еще небезразличен, раз она так проявила свой характер… — он высказал те чувства, которые никогда в жизни бы не решился высказать ей в лицо, и хотя его ноша, и речь не только о чемоданах была велика, он с гордостью побрел вперед, неся багаж.

— Хотя могли бы, и помочь! — и новая фраза, сказанная полу-шепотом все же разрушила его образ храбреца, принимающего свое наказание с честью. Это больше походило на слова работника, уставшего от самодура-начальника, чем на слова, сказанные любимой. Так что хорошо, что его жены уже ушли и можно побыть откровенным, хотя бы с самим собой.

От мысли, что ему предстоит провести еще не один день в компании с этой взбалмошной парочкой, по спине прошел неприятный холодок. Его конечно же заманили в это место обещанием спокойствия и отдыха, так давно необходимого ему, но что-то подсказывало, что две жадные до плотских утех самки не дадут ему покоя, и придется работать до седьмого пота, так и не отдохнув толком. И зачем было переезжать в эти декорации пост-апокалипсиса, если выжимать из него все соки они могли ив родном Токио?

Впрочем, это место выглядело жутким и опустошенным, но может быть, ему еще удастся немного отдохнуть? С такими полу-позитивными мыслями, он медленно побрел вперед, благо заранее знал конечную точку маршрута и видел карту достаточно много раз, чтобы запомнить дорогу, даже с его топографическим кретинизмом. В общем, на душе было неспокойно, но он надеялся на лучшую долю, впрочем, как и всегда.

Не прошло и получаса, как он прибыл на синкансене из Токио в Кумамото, но уже погрузился в привычную апатию. Его тянула к земле толи тяжесть багажа, толи тяжкий груз на душе, было сложно понять это с ходу.

Через пару минут, он понял, что заблудился:

— Ой, ну блин! Вот как знал, что так и будет — он сунул руку в карман, нашел смятый тетрадный лист в клеточку, на котором был показан маршрут и сверился с ним — так… повернуть туда, а там… а это… а, точно!

Он перерисовал карту с сайта, на котором был указан путь от станции до искомого рёкана, но карту давно не обновляли. На месте некогда трехэтажного здания сейчас была свалка, или точнее — руины. Гигантский кайдзю прошелся по городку, и наступил прямо на это хлипкое здание, вдавив его в землю. Если посмотреть на руины с высоты птичьего полета, будет отчетливо виден след гигантской лапы.