— Я и Юлия любим друг-друга!
— Ага, я знаю. Я тоже вас обоих люблю. Мы все любим друг-друга. Я в курсе. Это все? Я немного устала и хочу поспать после долгого трудового дня. Там просто печка! Казалось бы — море рядом, но от воды словно идет пар! Стоит ветру подуть со стороны моря и все мое тело начинает потеть от жары! Я словно в духовке. И эта униформа горничной, такое прикольно носить в помещении мейд-кафе, под кондиционерами, но рядом с морем — это просто ужас! Я буквально плавала в своем поту всю смену! Мне срочно надо в душ!
Выпив весь литровый пакет молока за раз, она достала бутылку ячменного чая и приложила ее поверхность к шее, едва не замычав от удовольствия:
— Ооо… даааа… это лучше секса! — сладострастно простонала она.
— Я и Юлия собираемся пожениться — наконец решился я, решив, что возможно ее мысли сейчас витают слишком далеко, чтобы осознать мною сказанное.
— Ты это серьезно?
— Да. Юлия предложила мне оформить все официально. Я и сам этого хочу.
Поставив бутылку с чаем на стол, она резко приблизилась, отчего я едва не вскрикнул от ужаса по-девчачьи, а после она обняла меня. Объятия были теплыми и крепкими, как у питона, который обвивается вокруг своей жертвы, чтобы сломать той ребра и, удавив насмерть — сожрать.
— Ты собираешься меня задушить? Просто мои ребра уже хрустят! — с полу-шутливым, полу-паническим тоном сказал я.
— Я очень рада. Вы просто чудесная пара!
— Ты не шутишь? И не ревнуешь? И не злишься?
— Ну, вы же не собираетесь сбежать из страны? Никто не помешает нам развлекаться время от времени. К тому же, я рада, что моя мать наконец-то нашла хорошего мужчину. Я если ты окажешься не очень хорошим мужем, ее всегда можно сделать вдовой — с улыбкой сказала она, но это не было похоже на шутку.
Выдержав театральную паузу, она продолжила:
— Похоже, я осознала свои желания, думаю, у меня и Шин все серьезно. Хотя, я не против ею поделиться — усмехнулась она — да она и сама питает к тебе смешанные чувства. Думаю, изначально она соблазняла тебя, потому что мы похожи, все же родственники, в каком-то смысле. Но думаю сейчас, она просто хочет тебя, и никакого иного подтекста тут нет. Что у нас за странная семейка? Нет, серьезно!? Почему наша личная жизнь даст фору любому мексиканскому сериалу?
Я лишь философски подал плечами:
— Наверное, потому что мы воспринимаем измены как нечто не очень значительное, если речь идет об измене со знакомыми нам людьми? И особенно, если и сами можем оказаться там за кампанию? Наверное, мы просто извращенцы? Все же, не зря наш отец был темным божеством. Разврат в наших генах.