Вечный блэкаут. Конец и смерть всех городов. Ни газа, ни света, ни связи… Ничего этого не наблюдаю. Ничего нам не перенесли. Оружия современного тоже нет. Может, конечно, нагнетаю, но, сдаётся мне, что не светит нам ничего хорошего. И вся надежда на ум, смекалку и эту странную Систему. В сплочённость человечества верится с трудом. Из-за внутренних дрязг просрать планету уже один раз умудрились.

Так, плавно размышляя о судьбе человечества, продолжал осмотр карманов моих незадачливых убийц. Неприязни, омерзения или какого-либо переживания по этому поводу не возникло. Странно это, наверное. В любом случае, убивать я их не хотел. Остановить, задержать и обезоружить — да. Получить информацию — тоже да. А вот уж рандом системный так распределил урон, что первый сразу коньки отбросил, а второй скончался после выстрела одной единственной стрелой. Пересмотрел логи: «нанесена травма: внутренне кровотечение». Вот оно его и добило… Тут уж условность Системы решила жить ему или умереть. Так что, пускай у Системы голова на этот счёт и болит. А мне пора с пленником пообщаться.

Добычей, помимо денег, стала системная рубаха, немного ювелирки да связка ключей от домов.

Рубаха пахаря

Блокирует 5 единиц урона.

Прочность: 50/50

— Подъём, Косой. Будешь орать — стрелу в колено воткну. Инвалидом до конца жизни станешь. Усёк? — потряс связанного пленника, и тот медленно пришёл в себя, после чего нахмурил брови и принялся вырываться.

Пришлось прописать ему сочного леща. Сперва одного. Затем второго.

*Вами нанесена 1 единица урона*

— О, перестарался, похоже… — взглянул на ублюдка, из носа которого побежал тонкий ручеёк крови. — Ещё раз говорю… Я спрашиваю — ты отвечаешь. Любой понос из твоего рта или тупое действие гарантируют болезненные ощущения. Сразу скажу: пытать не умею, поэтому на запугивания не рассчитывай. Просто отхреначу тебя, как отбивную, ногти там сдеру, зубы повырываю или ещё чего. Времени фантазировать особо нет, так что буду бить. И бить буду больно. На дружков своих не рассчитывай, сдохли они.

С последней фразой ему в нос упёрся золотой перстень Носатого. Широкий и примечательный, с чёрным камнем посередине.

Драгоценности много не весили, но как минимум для будущей торговли сгодиться могли. Так что добро прихватил с собой.

Начался допрос, что несколько затянулся из-за нежелания ублюдка говорить правду. Выписывая ему болезненные тычки то в рёбра, то по щекам, то куда придётся, добывал необходимую информацию.

— Ну и мрази же вы… — заключил я, воткнув ему в рот кляп, после чего быстро задвигался в сторону пленниц.