— Ладно, разведка, — скомандовал я, приводя в чувство прифигевших от нашей наглости тяжей и слегка ошалевшую разведку. — Определите, где у этого бункера вход для пеших, а где — вылет для транспорта. Тим, ты у нас единственный Техник-взломщик, так что готовься открывать эту дверь.

— Лёха, возможно, придётся сначала Инженеру дверь смотреть, — сказал Тим, создавая одного за другом дронов-взломщиков. — Или Нетраннера подключать. Были тут случаи, когда я ничего не мог сделать.

— Значит, подготовиться не только тебе, но и Нику Пирогову с АлаКией, — пожал я плечами.

— А? Мне? — пискнула АлаКи в общий канал. — Хо-хорошо, поняла.

Странно как-то. Что у неё за реакция на меня? Или она из тех, кто боится собственной тени за пределами узкого круга профессиональных обязанностей? Встречал я и таких. Гениальные игроки, чемпионы в ПВП, но как доходит дело до выступления перед камерами или просто разговора в реале — так и тухнут, прячась за полумаской и глубоким капюшоном. Не удивительно, на самом деле.

Каждый выбирает, что ему ближе. Каждый становится профи только в том, что доставляет ему удовольствие. Общаться с другими по игре в игровых же терминах — это одно, а вот найти общий язык с тем, кого ты видишь впервые — это тоже навык. И его нужно тренировать. Встречами, разговорами, общением. Ссорами и разборками из-за вранья и прямого предательства тех, кого считал друзьями, душевной болью от того, что твои сокровенные тайны, рассказанные другим, были высмеяны. Да, кто-то обязательно скажет, что твоя мечта недостижима, а ты — обычный неудачник, который ничего не добьётся в жизни. Возможно, это будет как раз тот человек, чьё мнение для тебя было важно. И тогда тебе придётся решать, верить его словам или верить себе и в себя.

Короче, это только кажется, что общаться и заводить друзей умеет каждый с рождения. Это не так. Это не просто. И если ты не начнёшь пытаться общаться — ты никогда этому и не научишься. Но это совсем не значит, что с первого же раза у тебя всё получится. У меня — так точно не получилось. Ни с первого, ни с десятого. Но я всё равно пытался, прекрасно понимая, что любой может во мгновение ока превратиться из друга во врага, из товарища в постороннего. Знал. Но относился ко всем так, как будто не верю в эту возможность. Считал их друзьями и товарищами, но не давал повода высмеять себя. Поэтому и прослыл параноиком и замкнутым типом, который никому ничего не рассказывает о себе.

До того, как появился в моей жизни Петя, Тим, Митька и остальные. Хотя… даже сейчас, даже с ними, я не могу быть откровенным. Я же даже сейчас не рассказал им о своём желании остаться на Селене на пять лет. Об этом знает лишь Катрин. Но и ей я не решился рассказать всю правду о том, что случилось с её оригинальным кристаллом. И почему стёр напрочь все логи того времени — тоже молчу. Это знают лишь сенсы. И то, не все. Но они, как и семья, тоже не в курсе моих планов на ближайшую пятилетку. Короче, мои тараканы, несмотря ни на что, остались при мне.