Синеелин был местным, но долгое время служил в других царских землях. А к нам вернулся, чтобы возглавить солиямское отделение «очищающих огнем».

Мда, бежать уже несолидно — детская реакция какая-то! Да и нету за мной ничего такого… Кроме оборотницы за собственной спиной! Кхм…

Меня смерили от головы до ног оценивающим взглядом (от Росы были видны только ручки, крепко обхватывающие меня вокруг талии):

— Какое совпадение! Старший наследник Калиномостовский, если не ошибаюсь?

— Это я. Извините, а с чем я совпал? — вырвалось у меня.

Надзоровец представился и усмехнулся

— Вообще, чуть не совпал Ваш мот с машиной Надзора. А еще — как раз собирались пригласить Вас на беседу. Раз уж встретились — может прямо сейчас зайдете?

Я отговорился от сиюминутного разговора с надворным советником — срочными делами. Мол, война родов идет, надо срочно в имение к отцу спешить. А так — я, конечно, готов — в самое ближайшее время (но лучше — лет через десять!).

—…А какой ко мне вопрос, Ваше высокоблагородие, кстати? — запоздало уточнил я.— -Вроде и не делал я ничего… такого!

— Так уж и ничего? — засомневался Синеелин. — А вот наши армейские коллеги рассказывали, что кое-что все-таки было… В столице? Да и у нас в уезде странные дела случаются, по слухам. Ну да поговорим подробнее в спокойной обстановке, как у Вас время освободится. Завтра, после двух, скажем. И привет от меня батюшке передавайте! — с чем надзоровец и вернулся обратно в машину, сразу же тронувшуюся с места.

«…!» — подумал я про себя. Все ж девушка рядом.

—…! Проклятый «сжигатель»! — раздалось тихое рычание от почти слившейся со мной енотихи.

В итоге, опять пришлось заезжать к Ибрахиму, уже успевшему куда-то ускакать на встречу, и оставлять для него сообщение через секретаря. К инквизиторам просто так на чай, без своего «десерта» идти не хотелось. Особенно после упоминания им столичных разборок.

В Калиновку мы ехали с травницей уже с пониженным настроением.

— Роса, а у тебя что-то есть против этого конкретного надзоровца или вообще? — вспомнил я про рычание девушки.

— Это тебе он — надзоровец, а мне — инквизитор! — раздраженно ответила енотиха. — Живем мы все-таки подольше человеческого срока. Народ нашей крови помнит не такие уж далекие времена, когда огонь от проклятых — летел в нас вместо «здравствуйте». Даже в детенышей или взрослых, которые с людьми до этого даже не пересекались!

— Если сейчас начать вспоминать все давнишние обиды, то ты и со мной сейчас рядом сидеть не должна. А мы даже… лежали рядышком! — поддел я кое-кого с избирательной памятью и получил щипок за бок.