— И они никогда бы не впустили компанию дурно воспитанных учеников туда, где они смогут закрыть Разлом. Не пустили бы без боя, — прошептала Мэри.

Альберт со злостью ударил кулаком по одной из стен. И вся комната загорелась алым, подтверждая, что в железноруком и вправду течет кровь Астеров.

— Потому и не скрывали, потому и впустили, — Мэрдок посмотрел на одну из граней, — если мышеловку закрыть, то мышь никогда не забежит внутрь.

— А ты был прав, они не столько глупы, сколько самонадеянны, — раздался голос, в котором слышались обманчиво мягкие нотки.

Стены, еще минуту назад горящие огнем Астеров, вдруг стали прозрачными, как вода в ручье. Отполированный камень превратился в стекло, а с той стороны на нас смотрели демоны. За каждой стеной-гранью стояло по твари Разлома. Рыжеволосая женщина, обгоревшая Лиа, магистр Олентьен… Девы, откуда здесь одержимый учитель? Когда успел добраться сюда из Академикума? Прошло уже три часа? Или даже больше?

Я встретилась взглядом с одержимым, и молодой мужчина улыбнулся, его рука как бы невзначай коснулась кармана, в котором лежало противоядие от коросты. Магистр улыбнулся, ему нравилось видеть на моем лице как надежду, так и отчаяние.

Демоны смотрели на нас из-за стекла, в которое превратились стены зала стихий. Арирх, князь и еще с десяток мужчин и женщин наблюдали за нами, как хищники за попавшей в силки добычей, которая еще не знает, что обречена, которая еще на что-то надеется.

Большинство лиц было мне незнакомо, но все они казались неуловимо похожими друг на друга. Их роднило выражение презрения. И предвкушения, жадного ожидания, совсем как тогда, когда мы стояли на эшафоте.

— Деньги, милорд, и капля везения кого угодно сделают самонадеянным, — ответил затворнику Арирх. — А еще молодость и уверенность в своей правоте.

— Увы, — князь покачал головой в притворном сожалении, — это делает их предсказуемыми.

— Прекратите! — крикнула Дженнет. — Прекратите говорить так, словно нас тут нет.

— А вас тут и нет, — резюмировал Арирх. — Несколько дней, в крайнем случае, недель и все, нам останется только вытащить трупы и проветрить комнату.

— Нет! — воскликнула я, чувствуя, как собирается в ладони пламя. Двери, что вели в зал стихий, были деревянными, а дерево прекрасно горит.

— Если только, — сказал затворник, и я заметила, что он касается стены с той стороны ладонью. Касается, чтобы удерживать ее прозрачность. — Леди Астер все не ускорит. Ну, давайте же, Ивидель, проверьте легенду о том, что применять магию в зале стихий без представителя Первого рода опасно. Подожгите все! Все, что происходит в зале стихий, остается в зале стихий.