— Не понравилось ему, видишь ли, что я расспрашивала о нём… — ревела Лина. — А предыдущий, подполковник, меня бросил, потому что не расспрашивала…

— Вот, не везёт тебе, — с сочувствием проговорила подруга. — Спрашиваешь, не нравится. Не спрашиваешь, тоже не нравится. Что за мужики пошли?

Лина только ещё сильней расплакалась в ответ. Не то, чтобы Антон ей понравился, но получить отказ от него было очень обидно.

* * *

Приехал к отцу на кафедру и ждал, пока он освободится. Потом попили с ним чаю и выдвинулись в Пролетарский райком к назначенному времени.

От метро позвонил Сатчану. Когда мы подошли, он уже сидел в своей машине, поджидая нас.

Он привёз нас в какое-то учреждение, тут же недалеко, и провёл нас в здание. Там мы походили по разным кабинетам, оформляя покупку.

— По документам машина требует серьёзного ремонта после аварии, — объяснял нам Сатчан. — Не обращайте на это внимания, машина в отличном состоянии. Это чтобы меньше вопросов, в случае чего, было.

Отдали мы с отцом за машину две с половиной тысячи, а квитанцию получили на полторы. Короче, тут все не в накладе, как я вижу.

Батя на подобные мелочи внимания не обращал. Ему не терпелось увидеть свою новую ласточку. Нам выдали ключи, документы, вывели на улицу и подвели к новенькому синему «Москвичу-412». Отец был в экстазе. Глядя на него, улыбаясь, понял, что всё остальное для него не имеет значения.

Мы с ним пожали всем руки. Сатчан сел в свои «Жигули», а мы с батей сели в наш «Москвич». У отца от возбуждения дрожали руки, но он не пустил меня за руль, сел сам и потихоньку поехал в сторону Проспекта Мира. Он уже, оказывается, договорился насчёт стоянки на территории ближайшего от своего дома ГСК, и мы оставили машину в непосредственной близости от сторожки. Отец пошёл к председателю поговорить об аренде какого-нибудь бокса по моему примеру, а я поехал на электричке домой, клятвенно пообещав, что вернусь вскоре с женой обмывать покупку. Без этого обещания батя меня не отпускал.

Подходя к своему дому, заметил Малину у четвёртого подъезда и моего старого знакомого из поезда, что сейчас работал на ЗИЛе, Серёгу. Аж не поверил своим глазам.

— Серёг! Ты? — воскликнул я ещё издали.

Он привстал с лавки, вглядываясь в меня.

— Паша!

Мы обрадовались друг другу, как будто не вчера виделись последний раз, а год назад.

— Ты чего здесь? — спросил он, ошалело улыбаясь.

— Живу тут, — показал я на соседний подъезд. — А ты какими судьбами?

— Вот, товарищ у нас в коллективе агитбригады новый, — показал он на Малину. — Проставляется за знакомство. Это Роман. Роман, это Павел.