Уже вернувшись в дом, Анна задала мучивший её вопрос.
-Лёша, кто такая Светлана Капитонова?
Хорошо, что я был готов. Нет, вопрос о Светочке стал для меня неожиданностью. Мне казалось, что речь пойдёт о наших тайных делах или какую-то важную информацию передал тесть. Сделав удивлённое лицо, что было нетрудно, отвечаю как можно спокойнее.
-Это один из моих друзей и соратников. Пузик, Ди Марко и Капитонова входят в круг людей, которым я могу безгранично доверять. К сожалению, другими близкими друзьями я не обзавёлся. Ну, кроме тебя, конечно.
Последняя фраза никоим образом не повлияла на настроение супруги. Анна не хмурилась, а просто была излишне серьёзна. Она в принципе грешит излишней внешней строгостью, узнав человека получше, совершенно преображается. Может, у неё такая защитная реакция, не знаю.
-А у меня совершенно иная информация. И могу тебе заявить откровенно, если в этом есть хоть доля правды, то наша совместная жизнь заканчивается. Я не собираюсь терпеть обман и предательство!
Глава 8
Глава-8.
-Один из основных вопросов, который волнует комиссию — почему имя главного героя — Беримир, а страна носит название Росландия? Что это за странные аналогии? И почему принц? Неужели нельзя подобрать иного персонажа? Пусть будет Иван-царевич, в конце концов.
Я думал, что основные проблемы возникнут с приёмкой «Руси изначальной», но сильно ошибался. Картина ещё не готова, но предварительный вердикт уже получен. Кроме пары сцен, к которым опять придрались моралисты, особо ничего вырезать не планируется. Всё дело в том, что фильм получил одобрение «идеологов». Базовые принципы и намёки вполне устроили товарищей, и они готовы терпеть даже некоторые вольности. Главное, чтобы было поменьше шума, ориентированного на Запад, а то мы фильм толком не продадим. Пусть советские кинокритики пишут что угодно, лишь бы в Европе всё восприняли, как приключенческое кино без политических намёков.
Зато в смонтированный и озвученный «Принц и дракон», товарищи цензоры вцепились, как клещи. Магитон, по простоте душевной, не дал комиссии пространства для манёвра. Я его предупреждал, чтобы он увеличил длительность и применил метод Гайдая. Надо было специально снять несколько сцен, которые вступают в противоречие с моральными принципами строителя коммунизма и привлекут к себе наибольшее внимание. Комиссии же нужно к чему-то придраться, иначе для чего она вообще нужна? И ладно бы дело было в именах. Войдя во вкус, цензоры попросили вырезать чуть ли не шестую часть фильма. У меня в «Руси» таких моментов минут на двадцать, если не больше. Это откровенная обнажёнка, которую вырежут в любом случае, и излишне кровавые сцены. Всё продумано, и Лёша Мещерский учится, пусть даже на своих ошибках.