Ну не говорить же ей — знай своё место дурочка? Я обычно позволяю Ане достаточно много и стараюсь действовать мягкой силой и убеждением.

— Это мой проект, на который я истратил десять отличных лет своей жизни. Всё продумано и обговорено с весьма влиятельными силами. Лучше не лезь в те аспекты, которые пока тебе недоступны, — Аня пыталась возразить, но только застонала от наслаждения, когда моя рука дошла до её промежности, — Тебе пока рано играть в самостоятельность. Но даже, когда ты почувствуешь готовность, не забывай, что большие деньги — это огромная ответственность. А мы ещё влезли в весьма сложную комбинацию. Что касается совещания, то я здесь хозяин и определяю ехать на него моей жене или нет.

* * *

После интенсивного секса и отличного обеда, решаю, чем бы заняться. Присмиревшая супруга уже переоделась, навела красоту и молча убежала на свои переговоры. Надеюсь, до неё дойдут мои слова. Но надо бы повторить и провести новый цикл лекций экономико-эротического содержания. Мне они точно понравились. Заодно пора вдолбить потерявшей берега мадам, что не надо нарушать мои планы.

Заниматься фильмом нет никакого желания, дети освобождаются часа через два, поэтому решаю доехать до посольства. Благо здесь недалеко, и в Риме пока нет чудовищных пробок, характерных для 21 века. Спускаюсь вниз и приказываю водителю готовить машину. Заодно набрал посольство и предупредил, что буду через полчаса. Секретарь почему-то мялся, просил подождать, но был быстро поставлен на место. У меня нет времени записываться на приём и если дело срочное, то пусть ответственный товарищ приезжает ко мне домой.

— Вам нужно к Сергею Филипповичу, атташе по культуре, — произнёс секретарь, встречавший меня у входа, — Я вас проведу.

Идём по пустому коридору и быстро добираемся до нужного кабинета. Нет никакого желания задавать наводящие вопросы. И так понятно, что вызвавший меня товарищ не имеет никакого отношения к культуре.

Зайдя в небольшое помещение со скромной обстановкой, мои мысли подтвердились. Сидящий за столом мужчина точно не из нашей среды. Невысокий, плотный, с короткой стрижкой, в дешёвом сером костюме, ещё и с каменным выражением лица. Товарищ всем своим видом, как бы намекал на принадлежность к одной конторе.

— Долго вы к нам ехали, товарищ Мещерский, — вместо приветствия произнёс «комитетчик», — А ведь ваш рейс из Нью-Йорка прибыл утром. Как это понимать?

— Здравствуйте, — отвечаю товарищу и без приглашения разваливаюсь на стуле, — Давайте ближе к делу, у меня мало времени.

Судя по лицу, которое за несколько секунд сначала покраснело, а затем побледнело, дядя не ожидал подобной реакции. Понятно, что здесь он привык стращать народ, фактически, распоряжаясь судьбами всех работников, кроме посла. Но надо понимать, с кем ты разговариваешь. Я этого хмыря не боюсь, как и его организацию. Правда, ссорится с данным ведомством тоже глупо. Есть вариант, что атташе получил приказ сверху, чем можно объяснить его поведение.