На тактическом мониторе мигнули и пропали маркеры грузовых судов, и я приказал искину активировать гипердвигатель. Чтобы через секунду почувствовать уже привычную головную боль. Всё, корвет ушёл в прыжок. Ещё два перехода, и мы узнаем, осталось ли скрытая база нетронутой, или повстанцы, а точнее властолюбивые директора корпорации НЕЙРОГАЛАКТИКС с орбиты расстреляли свои бывшие активы. Обидно будет, если так.

— Все упирается в если. — пробормотал я, поудобнее откидываясь на спинку командирского кресла. — Хорошо бы этих директоров стравить между собой, чтобы они поубивали друг друга.

Четверть часа можно было заниматься чем угодно, пока корабль находится в подпространстве. А после нужно быть готовым к чему угодно, так как выход из гиперпрыжка приведет мой корабль в пустую, необжитую часть космоса. Такие точки входа-выхода особенно любят пираты, поджидающие добычу. Правда в этот раз им точно ничего не обломится. Во-первых, только идиот будет атаковать корвет А класса, а именно он выйдет из прыжка первым. Незначительно позже, с запозданием в минуту, максимум полторы, появятся тяжёлый рейдер и эсминец. И все корабли будут идентифицированы, как частная собственность некоего барона Аквамарина. А связываться с имперцем решится разве что идиот.

Так, размышляя, я и не заметил, как пролетели десять минут. Сигнал от искина заставил вернуться в реальность. Что ж, посмотрим, осталось всего ничего. Заберём чужое добро, и назад, на родную планету. Торговать добычей здесь, на стыке государств Синай и Негрис, это как сообщить всем причастным, что это мы присвоили себе базу повстанцев. А там кое-кто проведёт параллели, и закончится это флотом корпорации на орбите Аквады. Конечно, может я нагнетаю, и корпы не решатся атаковать дворянина, но ведь есть множество иных способов устранить носителя секретной нейросети, которую корпоранты называют «Эволют», а повстанцы — «Абсолют», так как уверены, что она может изменить весь смысл социального рейтинга.

Ну а я, благодаря всему этому, получил возможность кардинально поменять образ жизни. И ни о чём не жалею.

— До выхода из гиперпространства осталось тридцать секунд. — прозвучал из динамиков спокойный голос корабельного искина. — Двадцать девять. Двадцать восемь…

Я мысленным приказом отменил голосовое оповещение, и приготовился к возможным проблемам, которые могут меня ожидать в точке выхода. Хватило того раза, когда мой малый разведчик вывалился из гиперпрыжка прямо между ведущими бой кораблями.

Короткий миг головной боли, зависание на долю секунды систем корабля, а затем экраны ожили, и начала поступать информация. Я про себя начал вести отсчёт: десять, девять, восемь, семь…