Но самым неожиданным для меня оказалось то, что когда я во время очередного замаха лапой лиса увернулся от него, ему на загривок кто-то запрыгнул. Более того, зверь после этого взревел от боли и ударил пламенем прямо в потолок, разрушая его.
Вот ведь помощничек нашёлся! И кому это не терпелось вмешаться в моё сражение? Более того, от боли, Пятихвостый огненный лис будто открыл второе дыхание и рядом с ним появилось сразу несколько языков пламени, прошедших вокруг него. Тут уже мне пришлось попрыгать, чтобы избежать попадания в его огненную атаку, но повезло далеко не всем.
Только сейчас я смог лучше разглядеть, кто это решил таким экстравагантным образом оседлать монстра. Стоит ли говорить, что я очень удивился наличию этой особы, которая сейчас с яростью рвала шкуру монстра Разлома, чтобы добраться до внутренностей?
Это была Катрина — моя сопровождающая. К этому моменту она не только полностью восстановилась, но и, похоже, она была одним из тех оборотней, кто регулярно ходит в Разломы, ведь на ней были доспехи Стража, а руки закрывали перчатки, выполненные на манер когтей зверя.
Хитрые оборотни. Но стоит признать, подобная задумка позволяла им действовать почти открыто.
— Как думаешь, кто первым завалит это существо? — азартно выкрикнула Катрина, продолжая бить когтями по загривку лиса.
Мне что, бросают вызов?
Глава 18
Такой наглости оборотню я никак простить не мог. Так что, пусть я был и не против, что лис в конечном итоге зажарит мою новую знакомую до состояния, когда она не сможет восстанавливаться, но и игнорировать подобное я не собирался. Это, вообще-то, была моя добыча и не какой-то волчице её забирать!
Как я и предполагал, монстр Разлома не собирался просто так сдаваться и после нескольких попыток сбросить ношу со своей спины, он прижал к ней свои полыхающие пламенем хвосты. Девушка закричала от боли, но стоит отдать ей должное, она продолжала наносить удар за ударом по телу противника.
Правда, во время этого она, видимо, забыла о своей маскировке и частично перекинулась, чтобы точно выдержать ту боль, которая на неё обрушилась.
— Серебристая волчица, значит, — хмыкнул я, наблюдая за её изменившейся формой, когда Катрина застряла посередине между человеком и волком.
Её броня, уже не выдерживая такого урона, стала попросту разваливаться на части, обнажая участки кожи, покрытые серебристой шерстью. Лицо слегка изменилось, но, на удивление, всё смотрелось довольно органично, и я не мог не признать, что в таком более хищном облике Катрина выглядела даже краше, чем до этого. И всё же она оставалась оборотнем.