Герберт указал мне на кресло, и я опустился на кожаное сидение.

— Честно признаться, — начал принц, заняв то же место, на котором сидел, — я слышал от своей супруги много положительного о вас лично, Дмитрий Алексеевич. Вы превосходный боец, гениальный ученый. Я взял на себя смелость изучить ваши работы и пришел к выводу, что вы действительно стоите моего времени.

Я приподнял бровь, и Герберт фон Бисмарк приподнял ладонь, демонстрируя, что еще не закончил.

— Таково уж бремя моего положения, княжич Романов, что мне с рождения приходится тратить время на людей, которые добились каких-то незначительных успехов и теперь готовы на все, лишь бы я вложил в них деньги, — с легкой улыбкой пояснил он. — Я настолько привык к такому положению дел, что когда Анна Михайловна заговорила о ваших достижениях впервые, подумал, что снова увижу ту же картину.

Я кивнул, принимая его слова. Но и с Гербертом заговаривать я не спешил.

— Чем больше я погружался в вашу работу, тем очевиднее мне становилось, что вы четко знаете, к чему идете, — произнес внук кайзера. — И не просто двигаетесь вслепую. У вас есть четкий план, каждый ваш шаг — это ступенька перед очередным прорывом. Да, обыватели — а даже среди аристократии, полной всех ее достоинств, большинство все же обыватели — могли этого не заметить. Вы все же не моду изменяете, а развиваете технологический прогресс. За такими вещами обычно никто не следит, кроме специализированных структур. Но я — слежу.

Все это он говорил легко и непринужденно, будто не признался только что в своем наплевательском отношении к благородному сословию. Хотя, наверное, окажись я на его месте, высказывался бы еще жестче.

Принц технологической державы — это серьезный старт, огромные деньги, высокое положение. Учитывая, что кайзер своего внука явно любит, все проекты Герберта фон Бисмарка должны с истинно немецким упорством претворяться в жизнь. Ну и, разумеется, количество лизоблюдов на квадратный метр вокруг принца должно быть значительно выше, чем вокруг меня.

— Что же, я рад, что ваше высочество оценило мои заслуги перед моей страной, — ответил я, спокойно глядя на собеседника.

Герберт улыбнулся.

— Я не просто так пригласил вас, Дмитрий Алексеевич, — произнес принц. — Вы уже отказались делиться со мной своими наработками, и я это уважаю. Как достойный сын своей страны, в первую очередь вы думаете именно о ее интересах. В этом мы с вами похожи. И я бы хотел, чтобы мы оба получили выгоду из этого знакомства. Согласитесь, нас уже связывает неплохая история.

— Да, я слышал много различных версий, ваше высочество, — не стал отрицать я.