мыслей и опыта. Обратите внимание: паттерны активации двух напитков колы – Coca-Cola и Pepsi – похожи друг на друга и отличаются от Sprite, V8 и Fanta. Это интуитивно понятно – похожие напитки должны иметь схожие представления. Если мы посмотрим шире на паттерны активации на рисунке 7.2c, то увидим, что паттерн Coca-Cola имеет некоторое сходство с паттерном V8, но оба они кардинально отличаются от паттерна баскетбольного мяча. При локальных представлениях такое невозможно: там представление Coca-Cola не более похоже на V8, чем на баскетбольный мяч. Локальные представления не способны передать идею сходства, поскольку каждое понятие кодируется одним элементом. Вещи в мире многогранны, обладают разной степенью сходства друг с другом и меняются со временем. Распределенные представления обеспечивают ту тонкость восприятия, которую требует богатство и разнообразие окружающего мира. Чтобы понять преимущества распределенных представлений, рассмотрим, как Гаурав может представлять свою собаку Сону. На первый взгляд кажется, что в его мозге должен быть отдельный элемент для Сону. Но – секундочку: какого именно Сону представляет этот элемент? Беспокойного тощего щенка весом 18 кг, которого Гаурав принес из приюта? Или нынешнего, более уверенного в себе 25-килограммового хозяина дома? Ладно, сторонник локальных представлений мог бы выделить два элемента. Но как быть с промежуточным Сону? Какой элемент будет его представлять? Сколько бы элементов ни предусмотрел сторонник локального подхода, всегда найдется еще одна промежуточная версия Сону, которую придется насильно сопоставлять с не вполне подходящим элементом. Преимущество распределенных представлений в том, что они элегантно решают подобные головоломки. Они естественным образом объясняют, как понятие возникает из множества его версий. Рассмотрим, как это работает. Впервые увидев Сону, Гаурав закодировал его как определенный паттерн активации в мозге (то есть создал распределенное представление). При следующей встрече представление Сону было похожим, но не идентичным – паттерн активации в мозге напоминал паттерн первой встречи, но в чем-то отличался. В обоих случаях Сону выглядел и ощущался примерно одинаково, поэтому был представлен схожими паттернами активации. Но наверняка были и различия – например, во второй раз он мог энергичнее вилять хвостом, что привело к небольшим изменениям в паттерне. Последующие встречи порождали новые паттерны – похожие, но не идентичные предыдущим. Со временем формируется паттерн активации,