незнакомое существо и узнав, что это птица, мы сразу «знаем», что у нее есть крылья. И не потому, что делаем логический вывод, а потому, что представляем новую птицу паттерном активации, схожим с паттернами других птиц. Этот паттерн через существующие связи позволяет породить выходные сигналы, которое отражает наше «знание», что у новой птицы есть крылья. Мы видели, как подобные процессы в простых моделях главы 7 лежат в основе семантических и других когнитивных способностей LLM (глава 8). И это тоже следствие распределенных представлений, которые опираются не на что иное, как на активации и связи. В предыдущих главах мы последовательно показывали, что опыт играет ключевую роль в формировании связей, которые определяют наши представления и действия. В главе 9 мы рассмотрели эту проблему с позиций биологии и вычислительных наук. Хотя многое еще предстоит понять, проведенный обзор внушает оптимизм: дальнейшие исследования помогут нам лучше разобраться, как наш мозг достигает результатов, сопоставимых с мощным алгоритмом обратного распространения ошибки. Эти открытия позволят создать системы ИИ будущего, способные освоить человеческую способность к обучению на гораздо меньшем объеме данных, чем требуется современным системам. В главе 1 мы выдвинули тезис, что ключевых принципов нейросетевого подхода достаточно для понимания разума. Давайте посмотрим, что мы можем сказать об этом теперь. Интерлюдия. Неужели мы – это только активации и связи? 2016–2024 гг. Сан-Франциско, Калифорния. Последние несколько лет Гаурав ведет семинары по нейросетевой теории разума. В конце некоторых занятий он предлагает студентам выдвинуть самые сильные возражения против этой концепции. Приведенный ниже текст составлен из реальных ответов студентов (в обобщенном изложении Гаурава) и представлен как речь одного из них. Я готов согласиться, что активации и связи помогают понять, как устроен разум дрозда. Признаю также, что нейросетевой подход проливает свет на отдельные аспекты человеческого познания. И все же я убежден: эта концепция никогда не сможет объяснить многие важнейшие свойства нашего разума. Мы – нечто большее, чем активации, нечто большее, чем связи. Мои возражения касаются трех областей. Во-первых, нейронные сети не способны мыслить и рассуждать логически . Во-вторых, они не могут руководствоваться мотивами и преследовать цели . В-третьих, нейронные сети не обладают сознанием . Логическое мышление, целеполагание и сознание – фундаментальные составляющие человеческого разума.