— Так почему, если она крутая такая, сейчас сидит с нами в клетке? — спросил я.

— Ну тут все просто, — вздохнул Торвас. —Значит, ей встретился кое-кто посильнее.

Ладно, оставим размышления на потом. Тем более, эта информация в данный момент не была актуальна. Пойдем дальше. Солдатик у стены…

Человек-одаренный. Уровень 2. (Ранг сферы ловкости — 2).

Понятно, стихийный ловкач. Новая система рангов быстро выстроилась у меня в голове. Следующий. Я навелся на побитого гражданского. Идентификация.

Человек-искаженный. Уровень 6. (Ранг сферы восприятия — 3)

Меня резко бросило в холодный пот. Вот сука, но как⁈ Искаженные резко отличались от людей физическими изменениями. Как будто проказа пожирала их изнутри, выводя наружу всяческие уродства. Но этот… Выглядел обычным человеком, хоть и весьма побитым. Подавив резкое желание вскочить, я сделал несколько глубоких вдохов.

— Торвас, видишь этого гада? — сказал я, стараясь делать вид, что ничего не происходит.

— Вижу, конечно. На начальных уровнях, пока сферы души вложены в один центр, можно почти с уверенностью определить класс. В сфере восприятия три класса, как и во всех: идущий в тенях, некромант и повелитель иллюзий. Дальше нужны пояснения?

— Нет, спасибо, — несмотря на поучительный тон спутника, я был ему благодарен.— То, что я вижу… ну… то, что видят все — это морок, иллюзия, верно? Можешь подсказать, как ее разрушить?

—Хоть это и начальный уровень, тебе ее разрушить пока не под силу. Более продвинутого мастера ты бы даже с помощью системы не обнаружил, так что скажи спасибо и за это. И кстати, это не просто иллюзия, это теневая оболочка. Ее питает жизненная сила адепта.

Так… что делать? Мозг отчаянно пытался придумать вариант решения проблемы. Ясно, что это шпион искаженных, но если об этом заявить прямо, мне не поверят, нет доказательств. Еще и сам под подозрением окажешься. Да и способ связи со своими у этого гада, скорее всего, есть. Надо действовать аккуратно… или наоборот… не очень. Для начала, не меняя позы, я начал медитировать, восстанавливая силы. Раны, конечно же, не затянулись, да и шишка не спала, но минут через десять я почувствовал себя вполне сносно. Пора действовать.

Я поднялся, изображая из себя человека, готового откинуть копыта, и облокотился рукой на стену.

— Дружище, не поможешь, — обратился я к искаженному. Тот секунду подумал и поднялся.

— Конечно, братишка, — сказал он, направляясь ко мне и беря под руку.

Убийство безоружного, конечно, отвратительно, но только не в этом случае. Нож, появившись у меня в руке из воздуха, пронзил шею недомага. Он тихо захрипел и начал сползать по стенке, сверля меня затухающим взглядом.