Окрыленный успехами на новом для себя поприще вранья товарищам, я продолжил уже более спокойно.

— После боя с гаргульями, где погиб весь мой отряд, у храма, я нашел артефакт. Когда я его взял, он обвил мою руку и превратился в вот это, — я вытянул руку и показал татуировку. — При взаимодействии с ним я могу прятать туда и доставать обратно любые предметы. Сейчас у меня там вооружения человек на десять. Это оружие моей группы.

— Покажи, — скомандовал командор, напрягшись.

Приложив руку к татуировке, я изобразил крайнее напряжение на лице. Через несколько секунд я достал одну из штурмовых винтовок и протянул ее Арсению. Он внимательно рассмотрел ее и, злобно усмехнувшись, вернул обратно.

— Будем считать, что нам повезло, — кратко резюмировал он. — Теперь надо подумать, как нам выбраться из этого дерьма.

— У меня есть другая идея, — внезапно перебила его Мелисса. — Наш побег вряд ли удастся. Форт контролируют искаженные, и численный перевес явно не в нашу пользу. Тем более, я не могу применять магию, — она снова приподняла руки, связанные странной лентой-артефактом, и, пристально глядя на всех нас, продолжила. — Нас не просто так оставили в живых, ему от нас что-то нужно.

— Кому ему? — поинтересовался я.

— У искаженных, что напали на форт, есть лидер. Во время битвы он каким-то образом парализовал меня, а потом надел это. Очень сильная тварь.

Глаза Мелиссы вспыхнули ненавистью, перемешанной с презрением.

— Я слышала, что они каким-то образом используют наделенных силой в своих жутких ритуалах. Скорее всего, эта тварь как раз занята их подготовкой, и нас скоро вызовут. Тебе, Вик, нужно его убить. Я уверена, что с его смертью печать, удерживающая меня, исчезнет, а приверженцы, оставшись без контроля, потеряют организацию, и тогда у нас появится шанс.

— Почему я? — я внезапно опешил, ведь Арсений гораздо больше походил на роль героя.

— Все просто, — улыбнулась она. — У тебя есть твой артефакт. Надеюсь, ничего не надо больше объяснять.

Я тут же понял идею Мелиссы, но как-то внутренне не был готов. Все выглядело логично, но что-то меня беспокоило.

— Для этого мне придется близко к нему подобраться. И что, если у меня не получится?

Посмотрев на Мелиссу, я увидел нотки накатывающего презрения в ее взгляде. Я почувствовал, как краснею и тут же постарался реабилитироваться в ее глазах. И в своих, кстати, тоже.

— Неважно. Расскажи про него. Мне просто нужно больше информации.

Она на секунду замешкалась, затем ее взгляд опять обрел сталь, и она продолжила.

— Это очень сильная тварь. В основе ее силы лежит способность контроля и подавления. Во время атаки на Капитолий я сожгла пару десятков исчадий из преисподней. Они отступили на время. Я восстанавливала силы, когда почувствовала зов. Стоило мне на миг ослабить контроль, как меня парализовало. С болью в сердце я смотрела, как чудовища врываются в цитадель, не в силах что-то предпринять. Когда почти все было кончено, вошел он. Он запечатал заклинанием и артефактом мою способность к использованию силы. Потом он нанес ментальный удар, и я потеряла сознание. Так я оказалась здесь. Так все мы оказались здесь. Мы все обладаем зачатками той или иной силы и нужны ему. Иначе мы были бы давно мертвы. Они не ведают жалости, и человеческая жизнь для них ничего не стоит.