Я вдруг осознал, что сейчас случится то, к чему мы давно шли. Настроение Кристины и подводящие события говорят об одном. С моей стороны нет никаких преград, ведь она была права, когда спрашивала «а что ещё нужно для счастья». Всё так — я счастлив быть рядом и танцевать под радугой и дождём её чувств.
Наши влажные тела полностью готовы к финалу. Я даже притормозил движения Кристины, чтобы не закончить раньше. Она тут же расслабила бёдра и села всем весом. Губки её прекрасного цветка сумели полностью обхватить член. Прекрасное чувство!
— Фух, я сама была почти на краю, — с улыбкой, выдохнула Кристина, уперевшись мокрым лбом в мой.
Мы звучно смыкаем и размыкаем губы. Напряжение, что ещё несколько секунд назад было готово разорваться фонтаном, понемногу стихает. Это ничего — впереди целая ночь. Мы успеем всё…
— Первый раз можно было и так.
— А где, позволь спросить, твои презервативы?
— Признаться, я попал в щекотливую ситуацию…
Кристина посмотрела вниз и действительно принялась щекотать меня. Сработало! От движений тел волна удовольствия снова пошла вверх.
— Всё, стой-стой!
— Может будет лучше, если он сразу окажется внутри? — взметнулись брови самой прекрасной девушки в мире.
— Ещё как лучше, но я правда не смог купить их, хотя планировал.
— Ладно уж, мой сладкий, сегодня тебе повезло и я тебя прощаю.
Она привстала, подхватывая член и вначале помастурбировала, но мой дружок итак был готов. Мы оба затаили дыхание перед проникновением, как вдруг полотно входной двери щёлкнуло и с шелестом откатилось в стену.
Кристина вскинула голову и лёгкий страх на лице сменился сначала изумлением, потом раздражением, а после уже грустным осознанием неизбежности случившегося.
— Папа, что случилось?
— Ох! Как неудобно получилось. Привет, Самуил, — выдал он, когда я тоже вытянул шею посмотреть. — Не обращайте на меня внимание — старый дурак забыл ноутбук.
— У тебя же самолёт, пап!
— Они сказали, что поменяют билет на другой, с пересадкой. Буду в Ташкенте лишь на пару часов позже.
Кристина посмотрела на меня, а я на неё. Чувства оказались предельно обоюдными — мы сильно охренели от абсурдности случившегося и уж точно не сможем «не обращать внимания».
— Прости, — покачала головой Кристина.
— Что поделать, — смастрячил сложную гримасу я.
— Ребята, — донеслось с порога, — мне правда очень жаль, что помешал. Прошу продолжайте, а мне пора. Обещаю не возвращаться!
Мы растерянными голосами ответили ему и когда дверь снова изолировала мирок квартиры от остального, поспешили разомкнуть разочарованные тела.
— Самуил, пошли в душ. Смоем пот неудач.