— Ну, брати-и-ик! — наконец прорвалось сквозь завесу до меня. — Просыпайся!
— Ахр-р-р-р! — вылетело из верхней выхлопной, словно у старенького трактора. — Спящий пробудился…
— Самми, ну хватит уже спать, — потрясла меня сестричка, ухватив за плечи.
Я мысленно пробежался по кнопкам управления в мозге, чтобы понять всё ли под контролем — всё!
— Спасибо, пироженка моя. Уже почти.
— Ты полчаса назад то же самое говорил, — говоря миленько в нос, пожаловалась Сонетта.
— Я⁈ Разве?
— Теперь никуда не уйду пока ты не встанешь, — встала она, уперев «ручки в бочки». Словно пазлик, что идеально попал в нужное отверстие для себя и картина мира заиграла всеми цветами радуги с надписью «Win!»
Моя младшая сестричка должна быть именно такой. Нежным, милым, энергичным и ревнивым кристалликом чистоты. Магнетизм ей не свойственен, а является лишь побочным эффектом. Поэтому, если стрелка не магнититься — это ничего страшного.
— Я вчера поздно лёг.
— Мгу! Знаю, Самми, — больше с сочувствием произнесла она. Я пригляделся сквозь плохо открывающиеся шторки на глазах — уже одета в рабочую одежду. Всё ещё мило, но без провокационных засветов.
Я умиротворенно вздохнул и крепко потянулся. Глянув на молельную полочку, воздал благодарность Богине за такое ламповое, тёплое утро без потрясений, выскочивших «хомячков» и тому подобного. Вовсе не обязательно так его начинать. Засветы, жаркие касания и всё прочее это замечательно, как бы, я вовсе и не против, но если как сегодня — тоже хорошо.
— Да братик же! — в меня снова впились тонкие пальчики Сонетты. Я вздрогнул, потому что успел провалиться обратно в сон.
Для начала она стянула с меня пододеяльник, но, как и было проверено, сегодня сплю даже не в трусах, а ещё и домашних штанах. Затем сестричка стала щипать, щекотать и лезть ко мне в рот пальчиками, что лишнее, но раз уж хочет…
Уселась сверху! Взяв за плечи давай качать вверх-вниз, повторяя:
— Братик! Братик! Братик! Ну что же такой сонный. Даже хомячок спит. Ты не заболел?
— Чего-чего? — не поверил я ушам.
Но у ветреной на голову сестры созрел план и она тут же начала его претворять в жизнь: аккуратно тыкать указательным пальцем в мой холмик между ног.
— Воу! Полегче, ты чего⁈
Сонливость действительно испарилась. Сонетта же, обрадовавшись результату, сползла на бок и, подперев головку, уставилась на меня янтарём.
Говорю:
— Это запретная кнопка, ты разве не знаешь?
Она прыснула и, засмущавшись, отвела взгляд.
— Ну если ты не встаёшь.
— Я — ладно, а если он?
— Что? — сначала не поняла Сонетта, а потом совсем спрятала глаза. — Ну… я же не чтобы подразнить.