— Прости, — проговорил я, заметив на лице не размазанный штришок белой эмульсии, — у тебя тут крем от загара остался…
По возможности нежно, медленно растёр его по левой скуле.
Кристина вздохнула и опустила голову на мою ладонь. Удивлённый, я подхватил и ещё раз погладил пальцем.
Признаться, чем отвечать на гневные реплики не знал и готовился к хорошей взбучке, а тут такая нежность…
— Хочешь прилечь ко мне на грудь?
— Ты меня обнимешь? — вдруг с едва слышимой ранимостью спросила она.
— Ага. Пойдём.
Неожиданно, из образа коврика пронзённого шпильками я перешёл в роль того, кто может утешить и защитить. Для того, кто не держиться за честь словно сорвавшийся альпинист за ледоруб, такие перемены действуют крайне впечатляюще. По простоте мужского естества, я сразу же ощутил влечение. К Кристине, думаю, у всякого представителя мужского племени будет страсть. Это и прискорбно, и хорошо. Одни будут посягать, а другие защищать. И пока последние побеждают красота сможет жить!
— Если ты не против, я бы погладил тебя ниже.
Просто мне подумалось, что терять уже нечего: я знатный косячник, ненадёжный, двинутый аниме задрот, ещё и в играх, дай волю, буду проводить половину жизни. Ну треснет меня Кристина и обзовёт скотиной — разве ж это не так? Ладно бы мы только познакомились и у меня были свободные ходы для своей игры…
— Меня?
— Ну да. Хочу гладить тебя и чтобы приятно было.
— Мне? — прилетела очередная подсечка.
Пришлось напрячь все мощности однопотокового процессора.
— Только тебе. А мне будет приятно от этого.
— Я… — будто впервые осеклась Кристина, — поражена. Ты можешь удивить.
Предположив, что раз не сказано «нет», то это «да» — начал гладить шею и плечи, спускаясь к скрытой под замысловатой блузкой груди.
— Это ты меня постоянно ставишь в тупик, хе-хе.
— М-м-м! — закрыв в удовольствии глаза, произнесла Кристина.
Как по гитарным струнам, мои пальцы скоро оказались на главной. Кристина с готовностью раздвинула ножки, пропуская меня внутрь. Горячие и влажные объятия сжались вокруг. Действую по наитию. Я не спешу, медленно двигая пальцами в глубинах маленького вулкана удовольствия. Другой рукой прижимаю к себе и легкими поцелуями осыпаю лицо.
Периодически Кристина сжимает ноги, будто бы говоря, что не отпустит меня. Одной рукой держиться за плечо и в него впивается идеальным маникюром. Наверняка красивым, жаль я не умею подмечать такие вещи. Чего не скажешь про то, как обращаюсь нежным инструментом её тела — душа полниться радостью от вида тающей, словно дремлющей на волнах удовольствия, Кристины. Этому вторит прелесть ощущений на пальцах. Стенки лона то сожмут меня, явно боясь отпустить — вдруг испарюсь, как призрак? — то расслабятся, позволяя утолять жажду оказаться глубже.