В особняк мы ворвались всей толпой, но в само здание я заходить не стал. О нет, пускай народ сам выместит свою злость на предателе этого города. Пускай они разгромят там всё, что им так ненавистно. Сейчас нужно дать выход эмоциям, сдерживать нельзя. Пока что. Когда нужно будет, я их остановлю, но не сейчас. Культ должен понимать, что они, несмотря на всё, слабы в этом городе.

— Боги Олимпа смотрят на вас, граждане Фив! — крикнул я, чтобы показать, что они не брошены.

И вновь народ взревел. Они считали себя брошенными, но сейчас, когда в городе появился главный посланник богов, оживились вновь. А особенно учитывая тот факт, что они поклонялись Гераклу, полубогу прошлого, то не удивительно, что они так близко к сердцу восприняли мою поддержку. Для них это было действительно важно. Боги — эфемерны. А я реален. Я тут, оказываю им поддержку, лечу тех, кого ранило, уничтожаю и превращаю в камень тех, кто стоит против нас.

— О великий сын Хаоса! — внезапно раздался знакомый голос с балкона этого дома, тот самый паренёк. — Прошу, окажите нам милость!

Он и ещё три человека держали Диамеда. Он сидел на коленях и гневно, с презрением смотрел на всех нас. В нём струилась чужеродная сила, но люди, усиленные моей магией, находясь в моём Владении, были сильнее него. И то потребовалось аж четыре человека, чтобы его удержать.

Сейчас было время демонстраций. Поэтому я с разбега запрыгнул на балкон второго этажа дома. Да, пришлось постараться, но получилось. Впервые, кстати. Даже самому чертовски приятно было, но улыбку из-за этого я подавил, утопил в других эмоциях и чувствах.

— Готов ли ты ответить за всё, что сотворил, предатель человечества? — спокойно, смотря сверху-вниз, спросил я у этого урода.

— Желаю вам всем сгореть в огне Арх…

Но договорить я ему не дал. Тех богов не просто так называют забытыми. Пускай они таковыми и остаются. А то, что он пытался произнести какое-то зубодробительное имя — факт. Магия начала бушевать в нём… и пришлось рассечь её. Рассечь вместе с ним, одним ударом. От макушки до паха. И «зловоние» его магии вырвалось наружу, а я направил её вверх, где рассеял магией самого мира.

Этот город будет очищен.

И когда все увидели произошедшее, взревели ещё больше. Вот теперь бунт было не остановить, а мне нужно было только наблюдать. Я и так сделал достаточно, чтобы тут всё заработало, как механизмы Гефеста, как Талос, защищающий Крит. Кстати, интересно, а он сейчас функционирует?

Нет, я не стал сидеть без дела. Коли я начал это восстание, мне его и заканчивать, хоть до его завершения ещё далеко. Мы перемещались из дома в дом. Где-то просто общались, принимали поддержку богатых людей, в которых я не чувствовал магии иного мира. Где-то уничтожали вообще всех, даже слуг, ибо они тоже были пропитаны отравленной магией.