— Как ты не оставила тех трех бедолаг, что я накрыл их же плащами, — посмотрел я на неё исподлобья.

На этом наши разговоры закончились, да и были они бессмысленны. Она кинулась на меня, её силуэт размывался не столько из-за скорости, сколько из-за окружающей е сконцентрированной магии. Но я всё прекрасно видел, чувствовал колебания магии, поэтому прекрасно понимал, куда и как именно нужно ударить.

Шаг в сторону в нужный момент, лёгкий тычок, но не привычной способностью, а способностью горгоны. Монстр упал, зарычал, выругался. Я начал затягивать магию в себя, чтобы быстрее восполнять затраченную магию внутреннего моря, подошёл к монстру. Ещё один лёгкий тычок, потом ещё один. И так удар за ударом камня на её плоти становилось всё больше и больше, пока, в конечном итоге, её магическая плоть полностью не стала каменной. И пока применял именно эту способность, прекрасно осознавал, что никакой другой удар ей бы просто не причинил вреда. Магическая плоть может быть уничтожена только магией. Хоть мощный выпад тоже порождение магии, но чтобы зацепить её именно магической волной, нужно было поразить ударом кого-то другого, а не её. Ну а Аура Аполлона только усиливала проникающую способность магии, как показала практика.

— Спасибо за небольшой урок, — с искренней благодарностью произнёс я, после чего стал возвращаться.

Сначала тела бойцов, которые тут погибли. Не дело, что они тут лежат. Возле узкого и опасного прохода меня уже ждала целая процессия, а когда я появился с первым мертвецом в руках, хотели было обрадоваться, но сдержали этот порыв, ибо мёртвый точно не повод для радости.

— Там ещё двое, — спокойно пояснил я. — Поэтому попрошу вас подождать.

— Нас прислали вам в подмогу, — честно признался командир этого отряда стражи. — Но, видимо, вы справились раньше, чем мы смогли перебраться туда.

— Вроде того, — кивнул я, а потом вновь направился внутрь. — Эх, сейчас бы мне изобретение Икара…

Каждый новый поход — небольшой риск. Можно было свалиться и себе что-то сломать. Для меня это не так критично, особенно учитывая тот факт, что на боль мне уже по большей части плевать, а с последствиями травм я справляюсь легко, но как минимум было бы неприятно, ибо тут уже появилась бы необходимость подниматься вновь.

Когда все три тела были переданы товарищам, я в последний раз направился к источнику. Это удивило воинов, а когда я вернулся со статуей демоницы в руках, то все их вопросы сразу отпали. Мне же требовалось доказательство, из-за чего именно возникли те происшествия, так что я его нёс. Не сказать, что легко, но моему телу не привыкать. Ну и допустим, что это попутная тренировка.