— Ну давай поговорим, — использовал я самоисцеление, чтобы его обрубок зажил, и он навсегда остался таким. — Это будет тебе карой божественной. Лишился правой руки и восстановить её уже невозможно.

— Это… это… это был не я! — с «честными-честными» глазами говорил он. — Меня… меня околдовали! Это всё жрицы! Они использовали какой-то отвар и приказали мне вас убить! Прирезать в храме.

Ты же понимаешь, что он врёт? Всё, что говорят в храме обычные смертные, особенно жрицы, от которых приходит концентрированная вера, мы слышим. Причём всегда, где бы эти жрецы и жрицы не были?

— Знаешь, что интересно? — усмехнулся я. — Боги постоянно слышат своих жрецов. Насколько им хватает сил, дают ответы, на что не хватает, увы, игнорируют. Или ты думал, они слепы и немощны? Думаешь, что ты сможешь обмануть того, кого породил сам Хаос? Сына самого прародителя всех богов?

И вот после этого во взгляде этого молодого человека было осознание. Его не одурманили, его не подставили. Это был его собственный выбор. Это было его собственное решение. Поэтому… по логике, он обязан умереть. Но у меня была интересная задумка.

— Смотри, ты не совсем же дурак, ну по крайней мере не полный, — приподнялся я и оглядел храм. — У меня есть к тебе предложение. Ну и пара вопросов. Отвечай по доброй воле, я узнаю в любом случае, если ты мне будешь врать.

— Я… слушаю, — смиренно согласился он.

— После моего устранения предполагался твой отход в Афины? — первый вопрос был для него как гром среди ясного неба.

— Мне… мне ничего подобного не говорили, — по его голосу становилось понятно, что к нему пришло осознание, что он просто подставная единица, пешка, которая ничего не стоит. — Просто приказали вас устранить, оставив в каком-то тайнике достаточно денег, чтобы я жил безбедно…

— Скорее всего, тебя бы там ждала смерть, — не привирая, пояснил я ему ситуацию. — Второй вопрос. Куда именно тебе нужно было прийти за наградой?

— В горы… восточнее, которые отделяют эту территорию от Афин, — пожал он плечами.

То есть его хотели устранить там, где вопросов бы у нас не возникло. Не перебежчик, а просто разведчик, например. И плевать бы всем было, что его нет в разведывательных отрядах, а его Легион находится довольно глубоко в тылу. И осознавать, видимо, он это начал только сейчас.

— Смотри. Я тебе дам ровно три секунды, — спокойно проговорил я. — У тебя за это время должно хватить прыти сбежать из храма и спуститься по лестнице. Не хватит, ты — труп. Ладно ты на меня напал… ты ещё и жриц оболгал. Согласен?

— Я не успею! — воскликнул боец.