думает, что Дмилычу не справиться с какими-то зубастыми шнурками? Да он…» От пришедшей неожиданно мысли пленница застыла. «А ведь в тех гадинах метра полтора будет, не меньше. Лучшей веревки и не сыскать! — Обрадовалась Ларика. — Осталось только найти способ пригласить змеюку в гости». Девушка попыталась вспомнить все, что знала о ползающих гадах. Их излюбленным блюдом являлись мыши и крысы, которые всегда селились ближе к людям, вернее — к их пищевым отходам. А рядом с грызунами держались и змеюки. «Ну да, за стенами моей тюрьмы наверняка обитают и те, и другие. Хоть бы какая мышка надумала прогрызть дырку в избушке — я бы ей весь сыр отдала». Взгляд пленницы сосредоточился на окошке. И пусть за стеклом была установлена решетка, расстояние между прутьями позволяло протиснуться не только мышке. Даже упитанная крыса могла бы пробраться внутрь, не будь прозрачной преграды. «Надо разбить стекло, привлечь в дом грызуна, а лучше — парочку, и заманить внутрь ползающую веревку. Что у меня есть? Сыр, который почти не ела, кружка, ведро и ночной горшок — такое же ведро с крышкой». Взвесив кружку в руке, Ларика кивнула сама себе. Она прицелилась и изо всех сил бросила увесистый снаряд в цель. Раздался звон битого стекла. — Ура! Я умница! — не сдержалась от радости девушка. Первая часть плана была реализована, оставалось еще два пункта. Пленница принялась ощипывать от сыра небольшие ломтики и бросать их наружу через окно. Когда от запасов осталась половина, донеслись первые шорохи. Похоже, угощение нашло своих гурманов. Вскоре раздался то ли визг, то ли писк, означавший, что за пищу началось сражение. «Ну, миленькие, ну, хорошие мои, громче, пожалуйста», — Ларика мысленно уговаривала грызунов вести себя активнее. Вскоре раздался довольно громкий визг, и в окне показалась довольно упитанная крыса. Протиснувшись между прутьями, она завизжала от пореза о торчавший осколок стекла. На такой результат пленница не рассчитывала. Она страшно боялась крыс, а потому с трудом сама удержалась от крика. Однако ее план все же сработал: грызун двигался прямо к человеку, пытаясь укрыться от ползущего за ним хищника. «Только не закричать, только не закричать…. Надо превратиться в статую и не дышать…» Змея двигалась быстро — ее подгоняли следы свежей крови. Рептилия пробралась в избушку, не повредив шкурку, и сейчас уверенно ползла в сторону добычи. «Она еще и ядовитая⁈ — пленница опознала охотника за крысой. — Выходит, у меня нет права на ошибку. Второй попытки не будет, разве что после