Хель опустила взгляд на мою лампу.

— Ты забрал не всю её душу, — сказала она. — Значительная часть была потеряна и либо поглощена, либо…

— Она не поглощена! — воскликнул я, осмелившись оборвать Богиню на полуслове. Приметив её холодный взгляд, я вновь взял под контроль свои эмоции. — Она не поглощена, она наверняка утянута проводящими фонарями в глубины пятого уровня.

— Пусть так, — равнодушно ответила Хель. — Если я воскрешу её сейчас, она станет неполноценной, и восстановить её целиком будет… очень затруднительно. Но даже если бы я и могла это сделать, то не стала бы.

— Но… почему?

— Потому что ты этого не заслужил. Потому что такой великий дар, как жизнь после смерти, стоит дорого… Я бы даже оценила его во владычество одним-двумя мирами.

Я стиснул зубы от злости. Нет, передо мной была никакая не Богиня, предо мной стояло настоящее чудовище… Жестокое и бессердечное.

— Неблагодарное дитя, ты знаешь, сколько сил мне потребовалось на то, чтобы вытащить тебя с того света в твоей нынешней форме⁈ — гневно произнесла Хель, явно прочитав мои мысли. — Не смей даже думать о том, что я несправедлива к тебе! У тебя нет на это права.

Что бы я ни думал о Хель, что бы я сейчас ни чувствовал, всё это не имеет никакого значения. Сейчас важно лишь одно — спасение Микары.

— Возможно… — сдавленно ответил я. — Я прошу прощения за свою дерзость.

Богиня окинула меня внимательным взглядом, а затем принялась неспешно расхаживать вокруг.

— Воскрешать эту девушку сейчас нельзя, — произнесла Хель, — но и оставлять в нынешнем вместилище — тоже. Пока она там, ты не сможешь пользоваться лампой, а душа Микары будет медленно растворяться, пока не обратиться в ничто. В этом случае даже я не смогу ей помочь. Но ты можешь отдать её душу на сохранение мне…

Я инстинктивно прижал лампу к груди и сделал шаг назад.

— Или я могу найти более подходящее вместилище, — догадался я.

— Верно…

— Это… подойдёт?

Я извлёк из бездонной сумки потрескавшееся ядро малахитового рыцаря. Внутри него всё ещё таилась значительная, пускай и далеко не безграничная энергия.

Хель оглядела зелёный кристалл и неохотно кивнула.

— Значит, я использую его, — заключил я.

— Ты совершил ещё пару ошибок, куда более страшных, чем смерть Микары или твоя собственная смерть, — чуть недовольным тоном произнесла Богиня. — Ты отдал очень опасному человеку целых три божественных оружия.

— И что сделает самый могущественный маг из всех, кто когда-либо бродил по этому миру, с парой кинжалов и посохом D-ранга?

— Дело не в силе артефактов, а во власти, которые они дают над Системой. С ними Эсфер может возродить культ Датога… или же создать свой собственный. К тому же даже я не понимаю пределов возможностей этого существа. Вполне возможно, что сейчас мы впервые за всё время встали на порог полного поражения в войне с защитниками Камирана, а это значит, что нам придётся объединить все имеющиеся у нас силы. С этого момента каждый демон, который подчиняется приказам Повелителя Плоти, является нашим союзником.