— Не нравится мне этот хрен моржовый, — заявил Жека. — Я у него там операционную видел и холодильники. Они, походу, людей на органы тут потрошат. Или проигравших бойцов, или вообще случайных прохожих. А я такую херню никак пропустить не могу, брат.

— Слушай, Жека, остынь… — Олег повернулся к Жеке, мрачно сидевшему на заднем сиденье. — Тут такого говна знаешь сколько? Воз и маленькая тележка. И что, ты на всех распыляться будешь? Тебе делом надо заниматься, а не в Робин Гуда играть. Извини уж, если что не так сказал…

— Не надо тебе извиняться! — заявил Жека. — Всё правильно ты сказал. Людей мне просто жалко. Не какое-то сраное быдло жалко, а обычных людей, которые страдают от этой херни…

Витёк сидел на переднем сиденье рядом с Олегом, и Жека увидел, как он посмотрел на в салонное зеркало и одобрительно кивнул головой, сверкнув чёрными, как ночь, монгольскими глазами…

Пока доехали до больницы, уже совсем стемнело, но город ещё не спал. По улицам шатались толпы гуляющего народа, ярко светились окна бесчисленных небоскрёбов, яркие неоновые рекламы и фонари. Движение стало достаточно плотным, и Олег с трудом пробирался по пробкам, но всё же примерно через час свернул к стоянке у главного входа в больницу.

Жека вышел и размял ноги, оглядевшись по сторонам. Очевидно, что посещения уже закончены, так как народу на ресепшене почти не было, а больница уже погрузилась в полумрак, горел лишь редкий дежурный свет.

Жека подошёл к стойке ресепшена. Медсестра разговаривала с каким-то мужиком, и Жека терпеливо ждал конца разговора. Потом мужик ушёл, и Жека спросил, можно ли позвать доктора Шольца.

— Доктор сегодня не работает! — очаровательно улыбнулась медсестра, по виду, обычная немецкая фройляйн, белокурая и не слишком симпатичная.

— А… Можно ему позвонить? — поинтересовался Жека и положил 200 марок на журнал. — Сегодня ночью он принимал наших друзей, но где они лежат, непонятно…

— Ничего страшного! — улыбнулась медсестра. — По журналу можно определить, куда их положили. Тааак… Как фамилия ваших друзей?

— Я толком не знаю, недавно познакомились, — признался Жека. — У одного перелом голени, а у другого травма лица.

— А… Да… Здесь написано, что это господа Траум и Берг. Да… Совершенно верно. В дежурство доктора Шольца больше поступавших не было с такими признаками. Палата номер шесть. Правда, есть один нюанс. Посещения в это время суток строжайше запрещены.

Жека положил на журнал ещё 200 марок и сестра махнула рукой. Входите, мол…

Шестая палата находилась на первом этаже, рядом с операционной, куда Жека с пацанами сутки назад притащили Фрица и Клауса. В коридоре ещё прохаживались пациенты и с удивлением посмотрели на троих посетителей. Но люди были одеты солидно, поэтому местные быстро успокоились, подумав, раз ходят, значит, разрешили. А может, посетители вообще из полиции…