Помещение ресторана было громадным — оно занимало весь пентхаус. Стены и потолок наполовину стеклянные, из-за чего посетителям в обеденном зале казалось, будто они находятся на улице, а ресторан висит прямо в воздухе. Посреди зала стояла эстрада, задрапированная с одной стороны. Здесь и располагался известный квинтет, играющий медленные и томные блюзовые импровизации. Освещение в зале было приглушенным и создавало интимную обстановку, которую подчёркивал хоровод разноцветных огней, излучаемых дорогой цветомузыкальной установкой, висящей на потолке. Жека внимательно осмотрелся. В целом он посчитал дизайн ресторана не слишком оригинальным, а весь антураж несоответствующим уровню элитного заведения. Реклама на стадии запуска проекта, конечно, сделала своё дело.

Вежливый метрдотель в чёрном костюме учтиво встретил Жеку и его спутниц и за небольшое вознаграждение проводил на лучшее место. Прямо перед музыкантами. Официант тут же принёс меню. Пока девчонки изучали его, негромко переговариваясь, Жека изучал посетителей — вечная бродяжья привычка искать некую угрозу в окружающей обстановке. Посетители в основном были пожилые и среднего возраста, очень респектабельного вида, однако Жека знал, что за благообразной внешностью может скрываться кто угодно. Лишь одна компания вызвала у него подозрение — у самого большого окна сидели двое человек. Пожилой мужик с тяжёлым хищным взглядом и рядом с ним лысый амбал, под чёрным костюмом которого бугрились мощные мышцы. Они то и дело поглядывали на Жеку и его спутниц, и это ему совсем не понравилось. Как назло, из оружия ничего с собой не захватил — идёшь в ресторан с тёлками, какие стволы и финки… От дурных мыслей отвлекла Сахариха.

— Что заказывать будем, дамы и господа? — смеясь спросила она, разглядывая меню.

В ресторане «Небесная высь» шеф-повар больше всего тяготел к французской кухне. Жека выбрал луковый суп, салат «Нисуаз» с овощами и тунцом в соусе бешамель, грибной жульен в горшочке, петуха в вине и кордон-блю.

— Чё тут гадать, берите всё подряд, да и всё! — рассмеялся Жека.

Спутницы тоже назаказывали всякой всячины — телячью печень по-лионски, картофельный гратен, рыбу под сливочным соусом. Ну и, естественно, дорогое французское шампанское «Моэт и Шандон» и коньяк «Курвуазье».

— Всё как в лучших домах Лондона! — улыбнулся Жека, вспоминая, как с братаном ели на Новый год 1988−89 года мамкин винегрет и котлеты с пюрехой. Разве думал тогда, что пройдёт всего 4 года и он будет сидеть в Германии, во французском ресторане, в окружении прекрасных тёлок, а на счету у него будет больше 100 миллионов баксов? Да он бы расхохотался в ответ и покрутил пальцем у виска, услышав подобное — тогда бывало, на сигареты-то денег не было или на проезд в трамвае до технаря. Однако жизнь повернулась вот так. Всего за 4 года…