Я подцепил своего товарища за руку, оттащил чуть в сторону и решительно сказал:

— Вот что, Стёпа. У тебя ни кола, ни двора. Если ты серьёзно относишься к Насте, тебе нужны будут деньги, чтобы произвести хоть какое-то впечатление на её отца. И лучше мы эти деньги потратим сами и отдадим сиротам, чем они здесь и сейчас достанутся неизвестно кому. Мы не наживаемся. Мы получаем только чуть-чуть больше возможностей, чтобы жить и чтобы творить справедливость.

— Бери деньги, если ты так решил. Но я к ним не прикоснусь, — размышляя, сказал Степан.

Пообещав Илье свободу, под мычание его подельников, связанных и с кляпами во рту, мы быстро договорились с фарцовщиком о нюансах его побега, и уже через десять минут у меня в руках были пачки денег. Навскидку — не меньше шести тысяч рублей. Были у Ильи и доллары, и немецкие марки. Но квалюте я даже не собирался прикасаться.

— Приступим, — сказал я.

На мгновение очистив свою голову от всяческих мыслей и эмоций, я нанёс три удара под рёбра Ильи его же столовым ножом. Находка в тайнике фарцовщика помогла составить новую картину, которую и должны будут увидеть следователи. А еще там был пистолет.

Бандиты стали извиваться, как ужи, пытаться что-то мычать, докричаться просящими слезливыми глазами до нашей со Степаном совести. Но нет. У меня были свои мотивы, а Стёпа считал себя чем-то вроде Котёночкина — главного героя кинофильма «Берегись автомобиля». Тот крал у богатых машины, был против всякой фарцы и спекулянтов. Степан мог вдохновляться этим персонажем.

— Если стрелять через подушку, звук будет громким, но глухим, не похожим на выстрел, — Степан принимал мою концепцию: что произошло или что происходит в квартире.

Уже скоро прозвучали два выстрела, следом — третий. Заканчивалась программа «Человек и закон», и телевизор работал на почти предельной громкости. Даже мне выстрелы показались не более громкими, чем если бы тарелка ударилась о пол и разбилась.

Степан стал собирать разлетевшиеся перья — последствия выстрелов через подушку. Потом мы всё это собрали и частями, чтобы не вызывать много дыма, спалили перья. Остатки слили в унитаз. Унитаз почистили с содой.

Одновременно мы — прежде всего я — вычищали любые возможные следы, всё, где могли оставить свои отпечатки пальцев. Лишь только через час общая картина произошедшего была нами составлена в достаточной мере.

Я даже вышел из зала, где, якобы, и произошла ссора фарцовщика и бандитов. Потом вновь зашёл и посмотрел глазами опытного следователя.

Итак, арендатор квартиры смотрел телевизор, когда началась ссора. Предметом ссоры, конечно же, являлись деньги. Около тысячи рублей были разбросаны по полу. Тут же — доллары и другая валюта. Частично была собрана большая сумка — якобы грабителей, где хаотично брошены джинсы и пара курток. Всё выглядело так, будто грабители не успели сделать своё дело, как опомнился хозяин квартиры.