— Стоп!!! — внезапно сообразил Паломник. — Допустим прошлую перезагрузку моей малой родины монстры проигнорировали. Решили, что на обстоятельную трапезу у них слишком мало времени. Но где гарантия того, что они не появятся сейчас. И пока я тихо еду по дороге, как тот поезд на Богодухов, мне навстречу не мчится стая под управлением элитника.
Опять же, те же муры должны четко синхронизировать прохождение горлышка с моментом перезагрузки Белогорска. На их месте, я бы расположился лагерем в степи, подальше от дороги, в ожидании нужного момента. А за самой дорогой установил бы скрытное наблюдение. И тут я. Весь такой в белом.
Глава пятнадцатая. Внешник
Глава пятнадцатая. Внешник.
Осознав всю глубину собственной бестолковости, Паломник резко свернул в сторону и съехал с дороги в степь. И хотя у него наличествовали определенные опасения по поводу способности его транспортного средства преодолевать бездорожье, но все оказалось значительно лучше, чем могло быть. Во-первых, колеса инвалидной коляски хоть и были сравнительно узкими, впрочем, не слишком-то и узкими — не на много уступая по этому показателю шинам того же мотоцикла для ралли, зато имели почти метр в диаметре, что в сочетании с небольшим весом самой конструкции, включая и тушу Паломника, и немалой мощностью электрического движка, по утверждению разработчиков способного на пике нагрузки заменять лошадиное стадо в сто голов, делало транспортное средство по проходимости сравнимое с вездеходом типа Hammers, отлично зарекомендовавшего себя в песках ближнего востока.
Во-вторых, сама степь представляла из себя сравнительно ровную и твердую поверхность, слабо заросшую сухой невысокой травой, местами и вовсе демонстрирующая лысые проплешины, покрытые мелкой каменной крошкой и занесенные песком. Складывалось впечатление, что сухая трава, отдаленно напоминающая ковыль, была единственным представителем жизни на этой территории. Что не могло не радовать Паломника, опасающегося провалиться в нору какого-нибудь местного суслика-переростка.
На секунду инвалид задумался о причинах отсутствия представителей фауны в степи. Да и ущербного видового разнообразия флоры, ограничивающегося одним лишь ковылем. И, похоже, нашел приемлемый ответ на этот вопрос. Причиной экологической деградации этого кластера, загруженного в стикс, судя по всему, много десятилетий тому назад и изначально способным похвастаться многочисленными животными и растениями, присущими степной зоне средних широт, стало отсутствие дождей. За все время пребывания в Улье Паломник ни разу не видел на небе ни одного облачка. А если нет облаков, то нет и дождей. Да и Бурый в своем рассказе не упоминал об атмосферных осадках. Это вовсе не говорит о том, то стикс испытывал недостаток в воде. Реки, озера и даже моря подгружались в него точно так же, как и леса горы и города. Более того, каждый кластер представлял из себя не поверхностную, а объемную структуру, простирающуюся далеко вглубь. Иначе в городах того же Пекле не могло появиться метро, да и всяческие сверхглубокие подземные бункера, вплоть до шахт с ядерными боеголовками внутри, встречались временами. Так что подземные грунтовые воды в стксе наличествовали, чем свидетельствовали те же колодцы в деревнях, наполненные водой. Короче, воды хоть залейся, а вот дождей не было.