— Что по сто четвёртым?[1]

— Комиссия подтвердила неустранимый дефект в системе управления лайнером. — Хмуро объявил министр авиационной промышленности. — Нужно снимать машину с рейсов, а у новой машины опять проблемы. У сто четырнадцатого что-то с системой управления, и с крыльевыми баками.

— Так решите их. — Булганин нахмурился. — Машина на испытаниях с пятьдесят седьмого, и конца-края этому не видно. Передайте товарищу Туполеву, что у нас есть Ильюшин, и Яковлев, и они тоже делают свои машины. Мы пошли на то, чтобы сконцентрировать тему с дальнемагистральными машинами в конструкторском бюро Андрея Николаевича, и я боюсь, что это было неправильное решение. Особо передайте. Упаси его Ленин передать в производство сырую, аварийную машину. Вы меня поняли?

— Так точно, товарищ Булганин. — Министр сел обливаясь потом.

— Так. — Булганин задумался. Впрочем, он всегда быстро принимал решения. — Начинайте снимать с регулярных рейсов сто четвёртый, и отправляйте их на завод. Пусть делают из него транспортник, или ещё что, но чтобы людей он больше не перевозил. И обязательно пусть сделают систему покидания экипажем в полёте. А на тридцатом заводе чуть поднажмут для замещения сто четвёртого Ильюшиными[2]. Но тоже строго предупредить насчёт качества. Не Боинги же нам покупать в конце концов?

Тема с высокоточными станками возникла не на ровном месте. В начале её было слово и слово это было из докладной записки Мечникова председателю правительства. Там суммировалось то, что Булганину и так знал, но разложено по полочкам было впервые.

Советский Союз производил много стали. Очень много. Больше чем США если брать на душу населения. Но сталь эта преимущественно была дрянного качества. А раз сталь плохая, значит инженерам приходилось компенсировать качество материала его толщиной. Плюс невысокое качество обработки металла. Вот и выходило, что та же коробка передач, в Союзе была вдвое тяжелее чем в Европе.

Когда пошли изделия компактные вроде квадроциклов или микроавтомобилей, дефицит качественной стали сказался мгновенно. Но если со сталью проблема имела быстрое решение, например выплавлять сталь с легирующими присадками, и не выплавлять прочее барахло, то со станками дело сразу встало.

В Союзе просто не было нужного количества машиностроительных станков такого качества который требовался. Ни станков, ни прессов… А высокоточный пресс — это основа современного производства, потому что позволяет получить деталь в ходе одной технологической операции, ну или сократить эти операции до минимума.